Скажи пчелам, что меня больше нет

Мой настоящий отец бросил меня; такое часто случается.

Его голос звучал буднично; вероятно, такие вещи и правда были обычным делом.

— Но это неправильно, — сказала Брианна, рассердившись.

Синнамон пожал плечами.

— Лорд Джон назвал мне его имя и адрес. Я знаю, куда… отправить портрет.

— Хотите отправить потрет человеку, который вас бросил? Зачем? — осторожно спросила она.

Очевидно, этот молодой человек трезво смотрел на вещи. Вряд ли он действительно думал, что портрет ребенка-полукровки, уже взрослого, растрогает эгоистичного, бессердечного болвана, который…

— Я не жду, что он меня признает, — заверил Синнамон.

— Что именно?

Капель с деревьев прекратилась. В тишине ночи Брианна услышала, как собеседник сглотнул.

— Мое имя, — ответил Синнамон едва слышно. — Я хочу знать, как меня назвала мама. Он единственный, кому это известно.

Ей сдавило горло.

— Я обещаю вам, — прошептала наконец Бри. — Ваше лицо заставит его пожалеть.

Синнамон бережно похлопал ее по спине и отступил.

— Вы очень добры, — сказал он. — А сейчас лучше поспите.

97

Отличный вопрос

Джон Синнамон тактично оставил Уильяма и Брианну вскоре после того, как они пробрались через остатки засеки обратно в город.

— Мне очень нравится ваш друг, — сказала Брианна, наблюдая, как широкая спина Синнамона удаляется по усеянной солнечными бликами площади, названия которой она не знала.

— Мне тоже. Я только надеюсь… — Уильям одернул себя, и сестра повернулась к нему с выражением сочувствия на лице.

— Я тоже, — сказала она. — Вы про Лондон и этого Мэтью Стаббса?

— Малкольма. Да.

— Что он за человек? — полюбопытствовала Бри.

— Дважды, насколько я помню. Один раз в Аскоте, а второй — в одном из клубов моего от… лорда Джона. — Уильям покосился на Бри — заметила ли? — но, конечно же, она заметила.

— Не заморачивайтесь… я имею в виду, не переживайте насчет того, чтобы называть лорда Джона своим отцом, — сказала она все с тем же участливым выражением, на сей раз адресованным ему. — Па не возражал бы.

Кровь прилила к щекам Уильяма.