Скажи пчелам, что меня больше нет

Меня утешала мысль, что однажды этот журнал, возможно, придаст уверенности другому врачу, снабдив его моим собственным опытом и знаниями.

Я медленно перелистывала страницы справочника, и тут мой взгляд упал на заголовок «Малярия». Появилось ли что-нибудь новое в лечении малярии? Две недели назад я осматривала Лиззи Бердсли, и она уверяла, что принимает хинную кору, которую я получила от миссис Каннингем. Да только Лиззи была бледна, и руки у нее дрожали, когда она меняла пеленку малышу Губерту. В ответ на мои настойчивые расспросы она призналась, что у нее «изредка кружится голова».

«Неудивительно», — пробормотала я себе под нос. Старшему из ее четырех детей не исполнилось еще и пяти лет, и в то время как один из двоих Бердсли — или, скажем прямо, один из двух ее мужей — занимался хозяйством, а другой охотился, рыбачил или ставил силки, Лиззи выполняла практически всю тяжелую работу по дому в одиночку. Кроме того, ей приходилось кормить новорожденного, готовить и присматривать за остальными детьми.

— Тут у любого голова пойдет кругом, — произнесла я вслух. После нескольких минут в хижине Бердсли голова закружилась даже у меня.

Я услышала шум и голоса в коридоре. Значит, мистер Кромби закончил свои дела с Джейми. Говорили они достаточно миролюбиво.

Интересно, кто прочтет мои заметки? Не только медицинский журнал, но и маленькую книжку по домашней медицине, которую я выпустила в Эдинбурге пару лет назад: помимо прочего она включала полезные советы вроде важности мытья рук и тщательной готовки пищи.

— Вот ты где, саксоночка. — Джейми просунул голову в хирургическую, и выражение его лица заставило меня тут же захлопнуть справочник и выпрямиться.

— Что еще случилось? — спросила я. — Кто-то из Кромби попал в беду? — Поднявшись на ноги, я уже мысленно перебирала содержимое своей аптечки, однако Джейми покачал головой. Войдя, он осторожно затворил дверь.

— Все Кромби живы и здоровы, — заверил он меня. — Как и все Уилсоны и Бейки. И Грейги.

— Что ж, хорошо… — Я снова опустилась в кресло-качалку. — Что тогда нужно Хираму?

— Ну… — произнес Джейми, состроив неопределенную мину. — Фрэнсис.