Сильнее меня

— Зачем мне это?

Секретарь наклоняется и почти шепчет:

— Говорят, лорд Войер больше у нас не работает. Чем-то разозлил старшего лорда Шера — а тот суров и скор на расправу.

Схваченные бумаги выезжают из моей руки. Рассыпаются по столу неаккуратной кучей. Я застываю и несколько секунд бессмысленно гляжу перед собой.

Мысли настолько захватывают, так настойчиво бьют в виски, что к Траяру я через пять минут стучусь сама — хотя обещала себе держаться от него сегодня подальше.

— Заходи.

Он снова на месте, сидит в кресле, уверенный и спокойный.

Полоса на лице еле заметно розовеет.

— Мне сказали, лорд Войер… — я даже слов подобрать не могу. Всё это настолько неожиданно, ошеломляюще, ненормально, что сердце стучит как бешеное, даже если я не подхожу к этому мужчине. — Ты что? Правда его уволил?

— Я проверил твои слова. Было совсем не сложно.

— Проверил и решил, что я не вру?

Взгляд Траяра тяжелеет. Проходится по мне с каким-то особым чувством — я не понимаю, плохим или хорошим.

— Ты вчера нормально добралась?

— Да.

— Тогда иди работай. Тебя, уж не обессудь, я пока увольнять не собираюсь, так что придётся помучиться с моими просьбами.

С этими словами он стучит пальцем по листу, который достаёт из стопки и кладёт на стол. И еле заметно улыбается.

— Спасибо, — я произношу это так искренне, что голос пугает меня саму.

Подхожу, чтобы забрать бумагу. Траяр сегодня меня и не думает касаться — хотя наши руки близко. Только смотрит, смотрит неотрывно и как-то странно. А мне вдруг очень хочется тронуть его самой — причём даже без дурацких мыслей.

— Я не знаю, что сказать, но это очень много для меня значит.

— Я поступил так не совсем ради тебя, — голос старшего из Шеров вдруг падает, в нём прорывается какая-то хриплая нота. — Ни за что не буду держать на работе человека, который врёт и угрожает женщинам. И тем более уж невесте моего брата.

Он просто взял и решил проблему, которая казалась мне ужасно сложной.

— Лаэму ты ведь не назвал настоящую причину, да? — уточняю я негромко.

Судя по тому, что “жених” ко мне не заглянул.

— Обошёлся формулировками помягче. Сказал, что Войер врал мне и не устраивал как служащий — раз уж мы настолько боимся потревожить чувства моего брата.

Ещё более острый взгляд, от которого становится жарко. И я наконец решаю, что пора бежать.

О моей полуторочасовой задержке Траяр вообще не упоминает.