Сильная. Независимая. Моя (СИ)

— А жена не будет против гостей в такое время?

— Так я развелся, Танюш. Все, — Ефим разводит руки в стороны. — Теперь я свободен и весь твой.

Это я сейчас должна осчастливиться? Хотя еще полгода назад, наверное, так бы и было. А сейчас смотрю на него и не понимаю, как вообще могла быть влюблена в такое ничтожество. Помутнение, вероятно, какое-то.

«Или все познается в сравнении?» — услужливо подсказывает внутренний голос, и я невольно сравниваю.

Ефим клоун и балагур. Все у него всегда очень шумно и весело. А еще умеет произвести впечатление.

Телефон призывно пиликает. Сообщение пришло в мессенджер. Открываю и не могу сдержать смешок. Стоило вспомнить…

«Что это за тело?» — и несколько грозных смайликов.

«А ты значит, следишь?» — отправляю ответ.

«Ты кое-что забыла… заехал отдать»"

"Врет, как пить дать. Но искусно. Хищная усмешка появляется на моих губах.

«И испугался?» — вызов чистой воды.

— Может чаю нальешь? — Ефим так не кстати вклинивается в мысли. Я уже забыла о его существовании. Морщусь и перевожу на него взгляд, пытаясь вспомнить, что он просил. Точно. Чай.

«Мешать не хочу» — да ладно? Не хотел бы, не мешал.

«Так не мешай, в чем проблема?»

Отправляю и отключаю телефон. Большой мальчик и способен сам принять решение. Щелкаю чайник и засекаю время. Тридцать секунд, сорок, пятьдесят… Трель дверного звонка заполняет пространство квартиры.

— Кто это? — вскидывается Ефим, а я лишь пожимаю плечами.

— Сейчас узнаем.

Как ни в чем не бывало, иду в прихожую и открываю дверь. Владимир испепеляет взглядом. И я понимаю, что ступила на очень зыбкую почву. Игра моя может пойти прахом, если передавлю. А я не хочу, чтобы все вот так закончилось. Усмехаюсь и пропускаю Владимира в квартиру. А что? Это может быть интересно. Бывший и возможно будущий.

— Объяснишь? — гневно скалится он, скидывая куртку.

— Нет, — невозмутимо пожимаю плечами.

— Здрасти, — раздается за спиной голос Брагина. — Танюш, представишь?

— Владимир, Ефим, — равнодушно называю имена. Мужчины даже пожимают друг другу руки. Но воздух в маленькой прихожей становится густым и тяжелым. Сильно пропитанным тестостероном.

— Тебе пора, Ефим, — зло рычит Владимир и сильнее стискивает его ладонь.

— С чего вдруг? — не сдается тот.

— Поздно уже. Татьяне пора спасть ложиться.

Да? Выразительно выгибаю бровь и складываю руки на груди.