Шумерский лугаль

С собой взять оружие и еды на три дня.

— Хорошо, — покорно произносит военный комендант поселения.

Ему не хочется нападать на амореев, но понимает, что рано или поздно с ними придется сразиться. Лучше уж сейчас, пока есть кто-то, кто возьмет командование на себя. Если военная удача улыбнется нам, руководство страны сочтет героем Апахнана, если нет, виновным объявят меня.

8

У нас в самом разгаре сезон, который в Индии и восточнее ее называют сезоном дождей, а здесь это, скорее, сезон сырости, туманов и коротких и скупых дождей, и я опасался, как бы утром не полило.

Нет, отделались привычным туманом, густым и тяжелым, похожим на сметану, после которого камни, стволы деревьев, листья были покрыты толстым слоем росы, стекающей тоненькими ручейками по горному склону. Из-за высокой влажности сильно потеешь и устаешь во время ходьбы. К тому же, на мне кожаный доспех, коротковатый, еле живот прикрывает, и кожаная шапка, похожая на опрокинутый горшок и набитая овечьей шерстью, которая должна смягчить удар сверху по голове. Если ударят сбоку, пеняй на себя. Аборигены привыкли и к жаре, и к доспехам, им легче, а я еле плетусь, слабое звено. Если бы не был командиром, ушли бы без меня. Апахнан в утешение говорит, что амореи тоже непривычны к такому климату. По ту сторону гор намного суше. Я был уверен, что там пустыня, но халафы утверждают, что там, скорее, полупустыня или даже степь. По их словам, трава там растет, скот кормить есть чем. Наверное, поэтому до сих пор не приручили неприхотливых верблюдов.

Мы идем наперерез амореям. Халафы знают, через какой перевал пришли враги. Той же дорогой будут возвращаться. Они всегда там ходят. Я спросил, почему до сих пор не сделали в горах дозорный пост, не говоря уже о крепости? Апахнан ушел от ответа. Подозреваю, что никто не хочет служить там. За большое вознаграждение, наверное, нашлись бы желающие, но общине Лухтата не по карману содержать два гарнизона, а правителя Тиднума проблемы глухой провинции не интересуют.

Ближе к полудню мы выходим к дороге, ведущей из приморской долины на противоположную сторону гор.

Это, скорее, горная тропа, по которой могут идти два-три человека в ряд. Я нахожу место, где она как бы в ложбине между сравнительно крутыми склонами, поросшими редкими пучками трав, а выше, где уклон становится меньше, заросли кустов и кривых низких деревьев. В этих зарослях я и выбираю места для лучников, которые составляют примерно две трети из сорока человек отряда.