Шиворот-навыворот

 — А как же память о нем? Он — отец моих детей.

— Ну, положим, не всех, — усмехнулся Арман и тут же понял, что сглупил. Она резко подскочила и быстро подошла к окну, не желая с ним что-то обсуждать. По слишком напряженной спине Арман понял, что брякнул глупость. И гадость. Он встал с дивана и шагнул к Лили.

— А если мы перевезем твоего покойного мужа в Бордо? — быстро предложил он, аккуратно обнимая ее за плечи.

Лиля порывисто повернулась.

— Это как? — изумилась она, увернувшись от его рук. Он попытался обнять ее снова, но она не позволила.

— Существуют же способы транспортировки, — примирительно добавил Арман, демонстративно засунув руки в карманы брюк. — Я никогда не вдавался в детали. Но все возможно технически.

— В Бордо захороним на местном кладбище? — изумилась Лиля, все еще не веря в такой поворот событий.

— Вот еще, — возмутился Арман. — В склепе де Анвилей.

— Ты серьезно? — переспросила она.

— Конечно, — заверил он. — Если эта проблема разрешится, мы договорились?

— Мне до конца не верится.

Арман, проще один раз в год мне с детьми съездить в Город.

— Чтобы еще и с отцом дочери повидаться? Этим самым Жаном? — глаза мужчины полыхнули огнем, а в голосе почувствовалась сталь. — Я не намерен тебя ни с кем делить, mоn реtit сhаtоn. Я католик, и женюсь один раз. Никаких разводов, никаких других мужчин.

Лиля аж застыла от неожиданности, а потом отвесила пощечину.

— Убирайся, Арман, — тихо прошептала она. — Кольцо найдешь на комоде в спальне. Я не выйду замуж за человека, считающего меня ничтожеством.

Ты полагаешь, что я способна на измену и все равно собираешься жениться на мне?

Она развернулась, чтобы уйти. Он тут же поймал ее за руку, притянул к себе.

— Прости меня, — прошептал Арман, пытаясь удержать вырывающуюся невесту. И снова повторил: — Прости.

Отстранившись от него, вскинулась она:

— Когда мы познакомились с Иваном, мне казалось, что это и есть самая настоящая любовь. Но он сделал все для того, чтобы я осознала свою ошибку. Иван умудрился растоптать и вывалять в грязи мои чувства.

И убил бы напрочь мою веру в людей, если бы не Иштван. Не знаю, как бы я выстояла без его помощи. И именно он — отец моей дочери и никто другой. Если тебя смущает мое прошлое, и оно ложится тенью на ваше графское высочество, скажи прямо. Мы расторгнем помолвку, и каждый пойдет своей дорогой.

— Мне плевать на твое прошлое. Плевать на делишки твоего мужа. Я хочу только тебя, — Арман осекся, понимая, что опять говорит что-то не то.