Сердце просит счастья

И ясно понимали, что вот здесь и сейчас их жизнь переменилась безвозвратно, наделив их знанием об этом странном единении и удивительном совпадении их жизней, судеб и душ.

И уже ничего и никогда не будет, как прежде.

Смотрели в глаза…

И со всем этим объемом нового, вошедшего в их сознание, надо было что-то делать… Немедленно, прямо сейчас!

– Надо Петьку отвезти домой… – просипел Андрей севшим от силы переживаемых эмоций и духовного потрясения голосом.

– Надо, – прошептала Мира.

И оба услышали то, что он не произнес вслух, – «отвезти и вернуться».

Барташов быстро встал из-за стола, прошел в спальню, подхватил сына на руки. Мира, собрав вещи ребенка и ключи от машины, открыла перед Андреем дверь квартиры и пошла вперед, отпирать машину, помогая устраивать спящего Петьку на заднем сиденье.

Они остановились возле водительской дверцы, смотрели друг на друга так же, как там, в квартире, продолжая все погружаться и погружаться в новый, распахнувшийся перед ними мир, и снова молчали, немного прибитые силой и мощью этого удивительного откровения.

– Я быстро, – пообещал Барташов, разбив наконец это их молчание.

Мира кивнула и отошла. Он сел за руль, завел мотор, опустил стекло, снова посмотрел на нее долгим взглядом и начал выруливать с парковки.

Мира стояла в кухне у окна, смотрела в ночь и ждала его возвращения.

Оставив дверь незапертой, стояла и ждала.

Час. Два. Три.

Она была уверена, что Андрей не попал ни в какую аварию и с ним ничего не случилось, что они с Петькой благополучно доехали домой.

И ждала.

Через три с половиной часа Мира заперла дверь на замок и легла в кровать, положив рядом с собой на подушку смартфон, чего никогда не делала, всегда оставляя его в прихожей на ночь и выключая звук.

Утром первой ясной и четкой мыслью Миры Андреевой было понимание того, что Андрей Барташов не приедет.

Ни сегодня, ни завтра. Никогда.

Она встала и начала собираться на работу.

Мир не остановился и не рухнул, жизнь не оборвалась и продолжала свое обыденное течение.

Просто, в который раз за свою жизнь, Мира стала другой этим утром.

Уложив сына, Барташов застыл у окна в своей комнате и, засунув кулаки в карманы брюк, смотрел в ночь, точно зная, что где-то там вот так же стоит сейчас у окна Мира и смотрит в эту же темноту.

И ждет его.

Весь сегодняшний день, проведенный с ней, стал для Барташова настоящим, огромным потрясением.

Он открыл для себя необыкновенную девушку Миру, которую не знал и проглядел при всех предыдущих встречах.