Сердце просит счастья

После банкета в ресторане, перед тем как сесть с невестой в лимузин, который должен был отвезти молодоженов в гостиницу, Барташов подошел к маме.

Петьку решили не таскать в Питер и оставили с Мирой на сутки, к их общей с малышом радости.

– Мам, – требовательным тоном обратился Андрей, – я хотел попросить тебя не говорить Мире о моей женитьбе. Не хочу посвящать в нашу жизнь постороннего человека, как бы хорошо она ни относилась к Петьке. И вообще попросил бы тебя не обсуждать с ней меня и мою личную жизнь.

– Да с чего вдруг такое недоверие? – недоумевала Лариса Максимовна.

– Я тебя попросил, – настаивал он. – Пообещай.

– Да пожалуйста, – развела руками от непонимания мама. – Что только с тобой, не пойму. Или у вас какие-то разногласия с Мирочкой возникли?

– Нет. Все нормально, – и, понимая, что грубит, пояснил примирительным тоном: – Только Петьке надо отвыкать от нее. Я теперь женат, и, согласись, это непонятно и где-то даже неприлично – присутствие какой-то другой женщины в нашей жизни, пусть хоть и в качестве Петькиного друга, когда у меня есть жена, а у ребенка мачеха, которая хочет наладить с ним близкие отношения.

– Наверное, ты прав, – задумалась Лариса Максимовна.

Вместо свадебного путешествия они уехали на десять дней в Сочи, хоть и время для этого было неподходящим – середина ноября. Проехались по красивым, историческим местам Кавказа, получив удовольствие от поездки, невзирая на то, что она прошла не в Европе и не на Карибах.

А вот в сексе, в интимных отношениях Барташов ожидал намного большего, судя по выказываемому Ольгой горячему темпераменту и страсти до свадьбы. Оказалось, нет, не такие уж и «Золотые купола», как преподносилось на «обертке» этой конфетки, скорее уж «Мишка на Севере».

К концу свадебного путешествия к постельным играм девушка явно охладела, и в их супружеской кровати стало тускло.

А она как-то и вовсе проговорилась, что не очень-то любит секс, считает его значение в жизни сильно преувеличенным, а реализацию своей энергии и женской сущности находит в другом.

И Барташов с тоской вынужден был констатировать два неоспоримых факта. Первый – что, скорее всего, станет погуливать налево, и, увы, в самое ближайшее время.