Сердце просит счастья

Увлеклись неожиданно, обменивались впечатлениями от тех мест, которые произвели большое впечатление на каждого.

– А у тебя, – переключилась Мира на другую тему, – прямая, правильная жизнь, как по писаному: школа-институт-карьера? Без виражей?

– В общем и целом именно так. Я тебе рассказывал, пошел по стопам отца, и мне всегда это было интересно, призвание, можно сказать. Так и иду.

– И что, никаких там закидонов, шагов влево, вправо, подростковых бунтов и драк? – приподняв брови, с удивлением уточнила она.

– Бунтов и драк-то хватало.

Но это не мешало мне хорошо учиться и топать к намеченной цели.

– Про плохого мальчика поподробней! – попросила Мира заинтересованно."

"– Да ничего особенного, простое мужское становление во дворе и коллективе ровесников и парней постарше. У меня же школьные годы в основном в девяностые проходили. Дом в центре, рядом два крутых кабака открыли, район и сам по себе исторически бандитский, а тут такое началось. А мы, пацаны, на все это смотрели: малиновые пиджаки, обвес голдья, «бээмвухи», пушки на ремнях, крутые ребята.

Несколько раз в перестрелки реальные попадали, даже слышали, как пули свистят у головы. Братки-то эти без башки палили почем зря, где приспичит. Ну и нас коснулась бандитская романтика. Поперли в спортсекции единоборствами заниматься, тогда это в самом тренде было, ну и дрались, как зверьки, чуть не насмерть с пацанами из другого района или конкурирующих дворовых компаний, с борзыми в школе и около нее. А я еще и из-за девчонки одной. Она красотка наша школьная была, с норовом, а папаша у нее из приватизаторов народного добра, резко ставший богатеем. Ко мне она снизошла и вроде как принимала мои ухаживания, но из-за нее мне приходилось чуть ли не каждый день махаться. Получал тогда по полной, иногда еле домой приползал весь в кровавой юшке, – он покрутил головой, посмеиваясь и вспоминая особо яркие эпизоды. Мама в панику, давай плакать, а отец спрашивал: «Только тебе досталось или и им навалять успел?» Успел, говорю, не хуже моего сопли размазывают. Он маме: не причитай, Лара, у парня мужское становление идет. А мама все боялась, что плохо кончится это мужское становление. Обошлось. Но дрался я тогда постоянно, причем всерьез. Послал я эту красавицу месяца через три, тем более дальше поцелуев она двигаться отказывалась. Но и без ее почитателей оказалось, что желающих биться за авторитет хватало. Школу бойцовскую суровую прошел. А в институт поступил – уже не до подростковых разборок стало.