Сердце Дракона. Тринадцатый Том. Часть 2

За то, что она одинаково общалась с детьми благородных семей и жителями долин. Однажды её даже застукали за тем, как она, вооружившись лопатой, помогала копать крестьянам ямы для посадки плодоносных деревьев.

Черноглазая Тенед стала для Страны Драконов чем-то вроде талисмана. Символа того, что где-то там, высоко, есть что-то безусловно хорошее, чистое, светлое и неиспорченное.

И, отчасти, поэтому многие из сильнейших воинов и магов собрались на песке арены чтобы посоревноваться за право сопроводить Тенед в Рубиновые Горы.

А Безымянный Мир оставался жесток и союз с Фениксами хрупок.

Прокашлявшись в миниатюрный кулачок (что опять вызвало теплые улыбки в ложе), Тенед повернулась к арене. И после того, как её встретили крики и овации от зрителей, она прострела руки над песком.

Трагичным, полным театральности голосом, принцесса продекламировала:

— Среди сильнейших воинов и магов нашей родины, я прошу тебя, о сильнейший, отправиться со мной к Рубиновым Горам, дабы подтвердить вечный мир между родом Хозяев Небес и родом Хозяев Земли.

Разом, после этих слов, без малого сотня драконов, стоявших на песке, припали на правое колено.

— Я отправлюсь с тобой, моя принцесса. Ибо так мне велит моя честь и мой долг.

* * *— Ибо так мне велит моя честь и мой долг, — произнес, за всеми, Хаджар."

"Когда он запомнил эти слова традиции, о которых ему поведал Чин’Аме, то не чувствовал того, что сейчас.

Он стоял на том самом песке, где целые эпохи назад стоял его далекий предок — дракон Травес. И говорил те слова, которые произносил Травес. Чтобы отправиться в путешествие, в которое отправился Травес.

И закончиться этот путь одним — либо Хаджар убьет Императора Драконов, который в данный момент стоял рядом со своей дочерью и главной Павильона Волшебного Рассвета, либо отправиться к праотцам.

Судьба, в который раз, демонстрировала свою очень извращенную иронию.

После того, как претенденты поднялись, а принцесса, вместе с Императором скрылась в тени золотых крыльев, претенденты поднялись с песка, но состязание все так же не начиналось.

С трибун, верхом на облаке, спустился дракон средних лет. Волосы его еще не были побиты сединой, но лицо уже покрывали морщины.