Сердце Дракона. Девятый Том. Часть 2

Если бы не разобрался, то не дожил бы и до второй тренировки Оруна, до пропадет он в мужеложеском борделе.

Успокоив бешено бьющееся сердце, Хаджар сделал шаг вперед. Затем еще один, и еще один, и еще один и так до тех пор, пока он, абсолютно безоружный не остановился прямо позади Стальной Птицы.

Первобытный монстр второй стадии, сравнимый по голой силе с адептом начальной стадии Безымянной ступени. Птица, крепость тела которой был сравним с артефактом уровня Неба. Стальная гроза небес Горы Ненастий.

Могущественный зверь, который привык чувствовать себя хозяином в любой ситуации.

Таковым он чувствовал себя и сейчас. Продолжая утолять голод, птица нисколько не обращала внимания на огонек энергии, который сиял позади неё. Какой-то двуногий зверь, клыки которого не смогли бы её ранить.

Какой смысл тратить на него свое время.

Битва с ним может приподнести ей множество сюрпризов, но не сделает сильнее. Охотиться на него — какой смысл, если она уже почти насытились мясом рогатого.

Пока двуногий не пытался отобрать у неё пищу и не был агрессивен, он мог сколько угодно находится позади.

Птица принюхалась. Сперва ей показалось, что запах был лишь небольшим обманом дувшего, со стороны гор Хозяев Небес, ветра, но нет.

Запах явно шел у неё из-за спины. Запах, который было сложно с чем-то спутать. Хотя он был настолько тонкий, что вряд ли на всей Горе, хоть кто-то, кроме неё одной, смог бы его определить.

Она, еще будучи птенцом, сбежала с земель Хозяев Небес, но с тех пор не могла забыть их запаха.

Пугали все, что было достаточно умным, чтобы испытывать страх, а не только инстинкты.

Двуногий позади неё тоже сумел напугать. Но ненадолго. Птица уже раскрыла крылья, чтобы спастись бегством от обманщика-змея, но замерла.

Она принюхалась еще раз.

Пахло слабо. Так слабо, что сложно заметить…

Этот двуногий не был Хозяином Неба, но в его крови струилась и их кровь.

Она повернулась.

Посмотрела в его уродливые, синие, двуногие, огромные глаза. И увидела в них покорность и отчаяние. Этот двуногий явно не хотел жить. Весь побитый, весь порезанный, в крови, в укусах, в следах от когтей, со шрамами.

Может быть, он был силен. Но недостаточно, чтобы ходит по Горе с гордо поднятой головой. А значит — слаб и гоним. Таким нет места в этих лесах.