Восхождение Луны

Из коридоров доносились обрывки чужих страхов, драконята переживали из-за появления меднокрылой, а в голове крутились собственные мысли о том, как обходиться с чудесными способностями, которыми так трудно управлять, чтобы не навредить другим и себе.

Так или иначе, без ответов не обойтись, а задавать вопросы придётся кому-то из соплеменников, но не Звездокрылу и не Вещунье. Других ночных здесь всего четверо. Хвост едва ли может быть полезен, даже если и знает что-то о Мракокраде. Остаются Чтица, Коготь и Отвага.

Она мысленно обшарила академию – с глазу на глаз сейчас можно поболтать только с Когтем, в пещере для рисования. Годится ли он? Ведёт себя дружелюбнее прочих ночных, но если заглянуть поглубже, зависти и злобы в нём не меньше. Когтю четыре года, как и ей, и в мыслях у него как-то раз удалось прочесть: «Будь моя мать не такой трусихой, спрятала бы и моё яйцо в дождевом лесу!»

На пороге зала для рисования Луна огляделась по сторонам. Множество отверстий в стенах и потолке, днём пещеру заливает свет, но сейчас снаружи уже сумерки.

Чёрный ночной дракончик стоял у мольберта в середине зала. За полгода, проведённые в дождевом лесу, Коготь успел отъесться, но морда у него почему-то осталась такой же тощей, с торчащими скулами и глубоко запавшими глазами. Даже чистый лесной воздух не смог избавить его от хрипоты в голосе, а когти всё ещё дрожали, когда он вытягивал лапу. Да и мысли всё больше крутились вокруг еды, хотя сейчас он отвлёкся от них, увидев Луну на пороге пещеры.

– Привет, – буркнул дракончик без особой радости, толком не зная, что сказать.

– Привет, – смущённо откликнулась Луна.

Перебирая горшочки с красками на столике возле мольберта, Коготь окинул её осторожным взглядом.

– Ты рисовать? – спросил он. – «Или поглазеть пришла?» – продолжил мысленно.

– М-м… да, – кивнула Луна.

Похоже, толку от общения не будет.