Секретный бункер

Штурмбаннфюрера Штерна привели в чувство, подняли, отряхнули, нахлобучили шляпу на голову.

– Вы кто такие, черт возьми? – зашипел переодетый в штатское офицер СС. – Какое вы имеете право? Я уполномоченный представитель… – и заткнулся, получив затрещину.

– Отдел разведки охранного полка «Гройсдойчланд», герр Штерн, – вкрадчиво сообщил Ракитин. – Майор Зельтцер, к вашим услугам. Вы обвиняетесь в государственной измене и пособничестве предателю немецкого народа фон Траубергу. Нам доподлинно известно, что вы собирались сбежать к американцам.

Щеки штурмбаннфюрера покрылись подозрительной сыпью. Он прерывисто задышал, взгляд остановился. В голове властвовал беспорядок – пребывая в полусознательном состоянии, он вроде слышал, как эти люди говорят по-русски, но выстроить несложную логическую связь не было возможности.

Штерн не противился, когда его спускали по лестнице, шел сам, иногда спотыкаясь.

Свежий воздух придал было содержимому черепной коробки немца нужный импульс. Но мощная затрещина вернула все в исходное состояние. Штерна вытолкнули из подъезда, стали усаживать на заднее сиденье. На посторонних не смотрели: наглость – второе счастье! Кому какое дело, что здесь происходит?!

Корзун, поигрывая ключами, втиснулся за руль – не каждый день выпадает удовольствие порулить такой машиной! Подбежали Вобликов и Шашкевич, стиснули Штерна на заднем сиденье.

– Товарищ майор, это не Трауберг, – подметил Шашкевич.

– Ну, извини, кто пришел, того и взяли. Все уселись? – Андрей обежал вокруг капота, стреляя глазами по сторонам, уселся на пассажирское сиденье. – Трогай, Денис. Тем же путем, что пришли сюда. Бог даст, проскочим.

– Проскочим ли, товарищ майор? – засомневался Вобликов. – Первая же проверка, и мы – как двоечники на экзамене…

– Проскочим. На машине номера Главного управления имперской безопасности, а это тебе не хухры-мухры… Поехали!

Глава шестая

А вот теперь зазвенели нервы. Настроение было ниже берлинской канализации. Уже стемнело. «Фольксваген» плутал по темным улицам. Несколько раз попадались солдаты, в стекло светили фонари.