Сделка с врагом. Ответ на измену

Где Макс, водитель Ромы? Где охрана? Без них муж редко куда выезжает, только если совсем уж по личным делам.

Что супругу и Измайловой понадобилось в Красном селе в разгар рабочего дня?

Вдвоем?

С какой стати Рома так нежно касается щеки Киры, еще и в глаза ей заглядывает?

Нет, последний вопрос — это нервы, конечно, нервы!

Мне просто показалось.

Успокаиваю себя и гашу не вовремя проснувшуюся ревность. Они же втроем друзья.

— Рома, Кира и ее брат Владислав, компаньон мужа. Это я к ним так и не смогла влиться в дружное трио.

Ладно... не об этом сейчас.

Так как мне найти мужа?

— Все пострадавшие доставлены в девяносто третью городскую поликлинику... – в это время произносит ведущая, а я от радости, что теперь знаю, куда нужно спешить, чуть не взвизгиваю.

На секунду прикладываю ладони к горящим щекам и делаю глубокий вдох и медленный выдох, а потом еще один и еще.

Так, нужно немного расслабиться и успокоиться.

Рома жив. Я своими глазами видела, как он шел к машине.

Сам шел, собственными ногами, а не вели под руки.

Поэтому пью таблетку от мигрени, иначе приступ гарантирован, собираю на всякий случай мужу запасной комплект одежды и еду по указанному в бегущей строке адресу.

Всё будет хорошо!

2.

— Ты же побудешь сегодня здесь, со мной? — раздается женский мелодичный голос.

— Я так боюсь оставаться одна. Знаешь же, как ненавижу больницы.

Следует тихий пронзительный выдох.

Хмурюсь, притормаживая у не до конца закрытой двери, и поднимаю голову вверх, чтобы убедиться, что это палата номер двадцать три.

Наверное, я ошиблась цифрами. Перепутала на нервах. Хотя странно, медсестра сказала, муж сейчас на втором этаже. В левом крыле и в третьем справа отсеке. То есть... тут.

Ладно, спущусь вниз и переспрошу еще раз

Поворачиваюсь, чтобы уйти, но вдруг.

— Конечно, милая, — отвечает мой муж, — Одну я тебя здесь не оставлю.

ЕГО голос невозможно спутать ни с каким другим. Тихий, слегка сипловатый, будто Роман слегка простыл.

Столбенею.

Во рту скапливается вязкая слюна, но сглотнуть не получается. Как не выходит и сделать шага. Ни вперед, чтобы заглянуть в приоткрытую дверь, ни назад, чтобы уйти и всё-таки уточнить еще раз у персонала номер палаты мужа.

Ну не может же быть, чтобы…

— Обещаешь? А... твоя... она тебя не потеряет? Не станет делать тебе нервы? — в женском голосе отчетливо слышится нервозность.

— Арина? — от собственного имени вздрагиваю и отмираю.