Саван для блудниц

В ванную комнату пробрался запах жареного мяса и чеснока, и Тамара вдруг вспомнила, что почти весь день ничего не ела…

Для нее это был обычный вечер ДОМА, с непременной процедурой очищения от грязи – физической и другого рода; ванна, наполненная до краев горячей водой, была для нее укромным убежищем, куда она забиралась, чтобы побыть одной, все спокойно обдумать и принять решение, как же ей жить дальше. Только сидя в ванне, в полной тишине, она могла задавать себе самые откровенные вопросы и сразу же отвечать на них.

И самый главный вопрос, который тревожил ее все чаще и чаще, был: зачем я живу? Она не хотела жить так, как получится, «как карты лягут»; ей не нравился образ жизни отца, вынужденного постоянно во всем себе отказывать и ограничиваться лишь работой и мечтами о создании новой семьи, вместо того чтобы жить полнокровной жизнью. Она откровенно презирала и осуждала свою мать-пьяницу, которая сделала несчастными их с отцом и разрушила нормальную, в сущности, семью; не знала она и кем хочет стать, но главное – КАКОЙ стать. У нее не было кумиров, она не собиралась подражать ни кинозвездам, ни кому-либо из тех, кто составлял ее окружение. Ей хотелось любви, но что это такое и как можно вообще кого-то любить, она не понимала. Страсть, а точнее, физическое влечение, желание, облеченное в страсть или даже любовь, представлялись ей в грубом свете, и ничего, кроме отвращения к себе, она потом не испытывала. Быть может, поэтому иногда ей хотелось умереть, как это сделала Натали Голубева… Тамара нисколько не удивилась, когда узнала о смерти подруги. Она была потрясена скорее своей реакцией на эту трагедию – эти бесконечные ночные слезы, когда она представляла в гробу вместо Голубевой себя, бледную, с заострившимся носом и ввалившимися щеками… А ведь никому и в голову, наверно, не пришло, что Натали ушла из жизни потому, что сильно запуталась. Она хотела, чтобы ее любил Льдов, но он на то и был ЛЬДОВ, а не ПОЖАРОВ (это была их дежурная компанейская шутка), чтобы никого не любить. У Льдова, кстати, в отличие от всех, имелись вполне конкретные планы на будущее. Через два года он собирался поступать в МГУ на факультет журналистики, и поступил бы. Для этого у него на тот момент было бы все: хороший аттестат, отцовские связи, деньги и, конечно, внешние данные. Он бы далеко пошел, этот Льдов. Да и вообще, Тамара считала, что у мужчин больше шансов преуспеть в жизни, чем у женщин, для которых главная и самая естественная карьера – это брак.