Стальной цветок долины

Велена, раздобыла немного вяленого мяса и медленно прожёвывая твёрдое, волокнистое нечто, мы внимательно следили за неминуемым исходом и ждали."

"— Надо бежать, — прошептала одна из девушек, пряча, как и все мы освобождённые руки у себя за спиной.

— Надо, но те семь ещё пока стоят на ногах.

— Подождём до вечера?

— Наверное, — нерешительно кивнула, уворачиваясь от летящего в бок полена. Озлобленные болью из-за своей беспомощности, те, кто ещё держался на ногах, проходя мимо, всегда старался выместить свою ярость и обиду на девушках.

Только к ночи вторых суток, обессиленные разбойники, те, что дольше всех продержались на ногах — угомонились, упав кто где стоял и едва слышно постанывали. Девушки, давно освободили руки и выжидали, когда же можно будет покинуть это ужасное место и оказаться подальше от своих пленителей.

— Берём еду, накидки, ёмкости под воду, котелок, тот что поменьше и оружие, — дала команду, измученным ожиданием девчонкам.

И сразу, стоило мне закончить говорить, каждая рванула к давно приметившим мешкам с припасами и всем необходимым в дальнюю дорогу, стараясь бесшумно двигаться, чтобы не потревожить обессиленных разбойников.

Уходили от лагеря так же бесшумно, ведя за собой лошадей, мы двигались к реке, которая пряталась в глубине леса, сводя с ума своим журчанием измученных жаждой девушек.

— Всеслава, надо сегодня уйти как можно дальше от лагеря, вы как выдюжите?

— Должны, Малуша, понимаем же, что в этом наше спасение.

— Хорошо, — кивнула, с трудом переступая ногами, — вниз по реке пойдём, надо следы нашего ухода скрыть.

— Ты думаешь, там кто выживет?

— Надеюсь, что нет, — зло усмехнулась, — но Ильшат где-то рядом, их главный и он сможет нас найти.

— Но вниз по реке это дальше от дома, — с недоумением проговорила Велена, устроившись рядом с нами.

— Знаю, Ильшат будет уверен, что мы сразу пойдём в выселки и отправится вверх по течению.

Девушки в ответ на моё объяснение промолчали, приняв как должное, им нужен был кто-то, чтобы принимал решение и, негласно выбрав меня, беспрекословно слушались.

Спускались к реке уже далеко за полночь, идти по ночному лесу таким составом было не так боязно. И пусть неожиданно громкое уханье совы или вой какого-то животного в опасной близости от нас, навевали страха, мы, выстроившись по трое, упрямо продолжали свой путь.