Реанимация судьбы

«Вот зачем я прицепился? Даже если он взял кого-то без ведома заведующей, мне-то что за дело? Ему же отвечать, когда вскроется».

Последовавшая за этим неловким инцидентом операция начисто выместила из его головы и недовольство Василькова, и ощущение собственной оплошности. Игорь с большим трудом в буквальном смысле продирался через старые послеоперационные рубцы на лице женщины, иссекал, подчищал – готовил к последующей пересадке кожи.

– Давно такого не видел, – заметил анестезиолог, прокручиваясь на табуретке неподалеку от операционного стола.

– Да… жестко… – пробормотал Игорь, заканчивая. – Но ничего, пересадим – будет хорошо.

– Долго ей придется лечиться.

– Ничего, – повторил Авдеев. – Зато потом сможет спокойно в зеркало смотреться.

– А ты молодец, – похвалил анестезиолог, когда Игорь отошел от стола. – Красиво работаешь.

Игорь неопределенно качнул головой и вышел размываться. Осталось написать протокол и заглянуть перед уходом в реабилитацию.

Он шел по коридору отделения, чувствуя приятную усталость и тяжесть в руках, и это ощущение его радовало – хорошо поработал, сделал все, что от него зависело, сейчас посмотрит повязку, сделает назначения и поедет домой.

– Ты?! – воскликнул он, совершенно забыв, что за столом поста сидит медсестра.

Женщина отступила, на ее лице выразилась растерянность:

– Игорь? Ты… ты как здесь?

– Я здесь работаю. – Он зачем-то оттопырил на груди синюю робу. – А ты-то зачем?

– Ринопластика, – коротко сказала Надя.

– Что?! – Авдеев взял ее за руку и, преодолевая сопротивление, повел к окну, где было больше света. – Ну-ка, повернись… так… – Он с профессиональной точностью осмотрел ее нос и насмешливо спросил: – И зачем тебе менять то, что и так неплохо?

– Значит, нужно! – отрезала Надя и вырвалась.

– Ты не рада меня видеть?

– Нет. И если бы знала, ни за что сюда не приехала бы. Как вообще кардиохирург оказался в клинике пластической хирургии?

– Я уже не кардиохирург. Сменил специализацию, пригласили сюда.

– Поздравляю.

Игорь заметил, что она нервничает и хочет как можно скорее закончить этот разговор, который ей неприятен.

– Вообще-то это я должен обижаться, – напомнил Игорь. – Это ты от меня ушла.