Реанимация судьбы

Дома становилось все невыносимее – мама вдруг сделалась до сумасшествия педантичной, аккуратной, с маниакальной страстью следила, чтобы ничего не валялось, а каждая вещь была на своем месте. Она натирала полы и окна, беспрестанно вытирала несуществующую пыль, мыла, скребла, чистила – превратила дом в стерильную капсулу, и Игорь все время ждал, когда же она установит камеру для дезинфекции на лестничной площадке."

"Она уволилась из школы, работала только в поликлинике, и там ее, наверное, обожали за маниакальную чистоплотность.

Денег не хватало, Игорь до школы разносил газеты, а после – бегал с разными флаерами, раздавая их на трамвайных и автобусных остановках. Это приносило мало денег, но зато давало законные несколько часов отсутствия дома.

Школу он окончил довольно средне, но в институт поступил, удивив и директрису, и учителей, которые не возлагали на него больших надежд. Однако Игорь получил высшие баллы по всем предметам на вступительных экзаменах и был зачислен на первый курс лечебного факультета.

Учился он истово, одержимо, пропадал в анатомичке и библиотеке, занимался в научном студенческом обществе и настроился получить во что бы то ни стало красный диплом. Он отказывался от вечеринок, устраиваемых однокурсниками, зато устроился работать санитаром в приемный покой больницы и теперь после учебы три раза в неделю бежал на ночные дежурства. Мыл полы, помогал транспортировать больных, убирал кабинеты и приставал с вопросами к медсестрам. На втором курсе он уже умел мастерски находить любую вену и попадать в нее иглой с первого раза, знал множество манипуляций и охотно подменял ночами девчонок, выполняя за них всю сестринскую работу. На третьем курсе, после практики, ему предложили стать медбратом, а через полгода заведующий кардиологическим отделением, заметив способного и целеустремленного студента, перевел его к себе в отделение. На пятом курсе Игорь впервые ассистировал на замене сердечного клапана и потом неделю ходил как под кайфом от нового ощущения. Он понял, что может, действительно может помогать людям с больным сердцем. Это так окрылило его, что он твердо понял – его путь отныне связан только с кардиохирургией. Он читал труды всех известных специалистов в этой области, боготворил Лео Бокерию и мечтал хоть однажды оказаться в его институте. Интернатуру и ординатуру он проходил в своем отделении, там же остался и врачом – заведующий ни в какую не хотел с ним расставаться.