Развод. Цена моего прощения (СИ)

Уж у Кира денег хватает, чтобы бабушке дом хороший построить. Неужели не помогает ей.

— А как зовут твою бабушку?

— Елена Иосифовна.

— Елена? Иосифовна? — удивлённо поднимаю бровь.

— Угу.

— Ты немец?

— Нет. Русский. Фамилия ведь у меня Демидов.

— Ну да. Логично.

— Бабушка — мать моей мамы. Её в сорок первом в Казахстан сослали. А потом она за русского вышла замуж. Так что мать у меня тоже русская.

Собака заливается лаем, пока мы идём к воротам. Илья оглядывается по сторонам. Непривычный пейзаж. Вокруг бескрайние поля, которые сливаются вдали с чёрным небом.

— Кто там? — спрашивает женский голос.

— Бабушка — это Кирилл.

Снова шарканье. Скрип открываемого засова. Свет от одинокого фонаря выхватывает из темноты седую голову старухи, её хмурый взгляд и совсем нерадостное лицо.

— Приехал всё-таки, — шамкает она беззубым ртом. — Ну, проходи.

Она отходит в сторону и пропускает нас.

Дворик небольшой, ухоженный. Проходим в сени. Чистота идеальная.

Интересно, где Кирилл нанимает ей уборщицу.

Из сеней попадаем в кухню. Тёплый, яркий свет заливает комнату. Бесцветные глаза шарят по моему лицу.

— Бабушка, познакомьтесь — это моя жена Лена. А это мой сын Илья.

— Здравствуйте! — улыбаюсь. Хочется произвести хорошее впечатление. Но в ответ удостаиваюсь лишь кивка.

— Ясно.

Переводит взгляд на Илью, а он прячется за нас с Кириллом.

— Илья, выйди, поздоровайся с бабушкой, — зову его.

— Нет. Это бабушка Гренни. Она страшная.

Замираю от неловкости. Дети умеют ставить в неудобное положение.

— Илья, не придумывай. Это бабушка папы. Она его воспитала. Разве она это сделала, если бы была плохой?

Мои доводы кажутся ему приемлемыми, и он соглашается.

— Здравствуйте, бабушка папы. Мы к вам в гости приехали ненадолго.

— Ну раз приехал, проходи. За стол садись. Сейчас накрою.

Я пытаюсь ей помочь всячески. Спрашиваю, нужна ли помощь. Бабушка молчит, потом вручает нож и колбасу, чтобы я нарезала.

"Не люблю такое тягостное молчание. У меня ощущение, что я ей не понравилась. Через пятнадцать минут мы уже сидим за столом. Деревенская еда пахнет, аппетитно разжигая голод. Здесь и котлеты и фаршированный перец, у каждого стоит полная рюмка. Я поражена, что Елена Иосифовна всё делает сама.

Кирилл молчит. Это так странно. Насколько я понимаю, они давно не виделись, но ведут себя очень сдержанно.

Я вспоминаю про подарок и лезу в сумку.