Развод. С вещами на выход!

Ведь он начал отношения со мной задолго до того, как появилась Лариса. Может быть, он не планировал меня обобрать до нитки, но не хотел детей, лгал и давно начал грести все под себя. Со мной все понятно, а что касается тебя самого? У тебя тоже были проблемы, Вячеслав! — забеспокоилась я.

Глава 20

Ида

На все мои расспросы и тогда, и потом Вячеслав отвечал одно и тоже:

— За меня не переживай. Я и не из таких передряг выбирался! — отмахнулся мужчина. — Главное, береги себя и ребёнка.

В подробности своих проблем он отказывался меня посвящать, твердо заявив, что разберется с этим раз и навсегда.

Сложно было довериться ему в начале, ещё сложнее было не беспокоиться о нем, когда я прониклась глубокими чувствами к этому мужчине!

Конечно, я старалась не зацикливаться на плохом, но тревога не отпускала меня до конца.

Она стала моей тенью и сопровождала всюду, даже когда Вячеслав объявил, что можно открыто выступить и заявить права на украденное.

***

Глории предъявили обвинения, она не захотела тянуть лямку вины в одиночку, поэтому быстренько сдала Каретина. О, она заливалась соловьем, рассказывая о всех его делишках, махинациях, о сокрытии доходов.…

Глория рассказала и о том, как Каретин сунул мне на подпись документы, фактически отобрав фирму, и о том, как он удерживал меня силой в больнице, пичкая препаратами.

Пусть Глория была идейным вдохновителем злодеяний Каретина, но все идеи реализовал он сам.

Как итог, ему тоже выдвинули обвинения, и должны были арестовать.

Доказательств вины Каретина было с лихвой.

Глория Прайс, она же Лариса Прачкина не изменяла своим методам и с Каретиным действовала точно так же, как с другими обманутыми: все их разговоры, делишки были записаны.

Если бы не выгорело облапошить Каретина тихо, она бы начала его шантажировать.…

Я даже мечтать не смела, чтобы наблюдать за тем, как Каретина выведут из моего дома в наручниках, но Вячеслав решил подарить мне удовольствие лицезреть это воочию.

Не знаю, с кем он договорился и как, но я присутствовала лично.

***

Арест решили произвести рано утром.

В дверь постучали.

Прислуга не отозвалась, потому что всех вывели из дома ранее. Но Илья ничего этого не заметил, конечно. Каретин ещё сладко дрых в большой кровати, ни о чем не подозревая.

Ему пришлось самому плестись открывать дверь.

Он предстал передо мной в спальных трусах и в майке, в клетчатом халате, босым.

— Ира? — удивился, зевнув.