Разрушительная игра

Массивные хрустальные люстры, толстый красный ковер, золотая отделка – это была самая роскошная комната во дворце, но мы использовали ее нечасто, только для церемоний посвящения в рыцари или официальных мероприятий. Без необходимости сюда никто не заглядывал. – Выглядит именно так, как я представлял тронный зал.

– Не делай вид, будто не изучил каждый миллиметр каждого помещения во дворце.

Рис медленно улыбнулся, и у меня внутри все перевернулось.

– Думаешь, так хорошо меня знаешь?

– Ага.

– Хм. – Он подошел ближе, пока мы не оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.

Я затаила дыхание:

– Что?

Он наклонился и прошептал:

– Посажу тебя на этот милый маленький трон и буду вылизывать твою чудесную киску, пока ты не взмолишься о пощаде.

Я захихикала, когда он поднял меня и перекинул через плечо с такой легкостью, будто я тряпичная кукла.

– Ты не можешь! На трон не садится никто, кроме монарха.

Рис усадил меня на золотое бархатное кресло.

– Однажды он станет твоим.

– Я… – Я огляделась. С этой точки зал казался другим. Больше, страшнее. – Странно. И страшно. Но… не так страшно, как я думала.

Раньше трон казался мне таким огромным, будто я никогда до него не дорасту, но теперь, когда я на него села? Вполне посильно.

– Потому что ты готова, – сказал Рис, будто вопроса даже не стояло. – Ты чертова королева и не позволяй никому говорить обратное. Даже себе.

Мой рот приоткрылся, а сердце растаяло.

– Если тебе надоест работать телохранителем, сможешь заработать кучу денег в качестве мотивационного оратора.

Он усмехнулся."

"– Не мотивация, просто правда. Тебе идет трон. А теперь… – Он опустился передо мной на колени и раздвинул ноги. – Чем я могу служить, ваше высочество?

Меня бросило в жар, когда он стянул с меня трусики.

– Рис, – прошипела я, и сердце заколотилось от похоти и тревоги. – Нас поймают.

Шансы были малы, но не равнялись нулю.

При виде его волчьей улыбки у меня сжались пальцы на ногах.

– Тогда надо постараться, чтобы оно того стоило. Да, принцесса?

Ответить я не успела: он закинул мои ноги себе на плечи, склонился к бедрам, и все протесты рассыпались прахом.

Рис поглощал меня с алчностью путника, заблудившегося в пустыне, посасывал клитор и проникал внутрь языком. Я корчилась и хныкала, соскальзывая с трона – от падения удерживала только его сокрушительная хватка на моих бедрах.

Слишком. Недостаточно. Везде. Больше.

Я не могла ясно мыслить.