Разрушительная игра

Ида обреченно пожала плечами:

– Раньше мы писали чиновникам, но получали только формальные ответы, поэтому перестали. Все равно никто не прислушается к нам.

Я нахмурилась. Главная задача парламента – представлять интересы избирателей. Почему они не выполняют свою работу?

– Можете писать мне, – выпалила я. – Все ваши друзья и соседи могут писать мне. Если надо решить какую-то проблему, напишите мне письмо, обычное или электронное, и я подниму вопрос в парламенте. Я не могу гарантировать принятие каких-то конкретных мер, но хотя бы смогу убедиться, что ваши голоса услышаны.

Элин закашлялась, а репортер Хенрик что-то яростно застрочил в блокноте.

Ида моргнула:

– Ой, я не мог…

– Я настаиваю, – твердо сказала я. – Элин, не могли бы вы оставить Иде мой почтовый и электронный адрес? И вообще, сообщите их, пожалуйста, всем, с кем мы уже встречались.

Элин потерла висок:

– Да, ваше высочество.

Она дождалась вечера и возвращения в гостиницу, чтобы меня отчитать.

– Принцесса Бриджит, цель поездки – завоевать расположение, – сказала она, – не усложняйте ситуацию с парламентом.

– Они не случайные люди. Они жители Эльдорры. – Я сидела в гостиной с Рисом, а Элин стояла у камина, уперев руки в бока. Хенрик, Альфред, Луна, Микаэла и Эллиот уже разошлись по комнатам. – Я не меняю политику. Я просто помогаю людям добиться, чтобы их голоса услышали.

– Нет, – отрезала я, когда Элин открыла рот. – Я не буду спорить.

Она сжала губы, но неохотно уступила:

– Да, ваше высочество.

Элин мастерски выбирала, в каких битвах сражаться – видимо, эта того не стоила.

Она ушла наверх, оставив нас с Рисом наедине.

Он сидел в углу, задумчиво глядя в пламя камина. Его что-то беспокоило, но явно не мы и не происшествие на парковке Королевского ботанического сада. Нечто другое. С начала поездки он казался мрачнее обычного.

– Расскажешь, о чем задумался? – спросила я. Во время тура мы почти не разговаривали, не считая брошенных друг другу пожеланий доброго утра и спокойной ночи.

Наконец Рис посмотрел на меня. Отблески огня мерцали на его лице, отбрасывая пляшущие тени на широкую челюсть и точеные скулы.

– Ты выглядишь счастливой, – сказал он. – Гораздо счастливее, чем на модных вечеринках в Атенберге.

Он заметил. Конечно, заметил. Рис – самый наблюдательный человек из всех, кого я встречала.

– Мне это нравится, – призналась я.