Путь одиночки. Книга 4

— Могу ли я использовать свой пространственный артефакт для выхода из локации? — задал я ещё один вопрос.

В данный момент вы можете воспользоваться личным артефактом переноса.

Внимание: выход из локации означает односторонний разрыв контракта с последующим наказанием. Возможность вести деятельность в Секторе Наемников заблокируется на неопределённый срок. Ваше звание Разведывателя будет отозвано.

Ответ разочаровал. Возможность сбежать у меня была, но последствия оказались слишком тяжёлыми.

В этот момент Светляк передал новое сообщение:

Заказчик разрешил прервать выполнение задания и покинуть локацию.

Цена переноса — 5000 энергетических единиц.

— Помощник, — обратился я. — А будет ли изъят артефакт «Земляное ядро», если я его добуду?

Артефакт, именуемый «Земляное ядро», в случае разрыва контракта будет изъят в пользу заказчика.

Ругнувшись, я начал искать другие варианты.

Закусив губу, я пробежался по остальным возможностям.

«Могу отказаться от Игры и побороться за сокровище, — мысленно добавил я. — Вот только шансы, прямо скажем, невелики».

Мало добраться до цели и взять Ядро, за которым охотились ксеносы. С добытым артефактом придётся ещё возвращаться к месту сбора и отмечаться у «работодателя».

«Кажется, ксеносы говорили, что налог не распространяется на этот артефакт, — подумал я. — Из-за этого его так и возжелали».

Вот только все они — выходцы из элиты некой Лиги Срединных Миров. А я был всего лишь Дикарь, за спиной которого никто не стоял. У меня могли просто отобрать артефакт. Путь давал какие-то обеспечительные меры против произвола на задании, но я уже и сам знал, что их можно обходить при желании.

Последним вариантом был полный отказ от борьбы за Земляное ядро и спокойное ожидание конца задания с последующим возвращением на Землю. Самый безопасный и одновременно убогий выход.

«И это не считая того, что во всех вариантах, где нужно остаться, я пропускаю Игру, — добавил я и в сердцах выругался. — Ну что за гадость!»

И вновь меня посетило то самое ощущение пазла, что никак не хотел собраться в ровную картину.