Просто друзья (СИ)

Пора что-то менять, — пытается доказать Кощей.

— Бл*ть, Кощей, ты понимаешь, что понадобится время, чтобы узнать ее. Мне выигрыши нужны. Деньги нужны.

— Там будет все по-другому, более масштабно, ты это понимаешь? А значит, и денег больше. Когда ты уже всечешь, а? Нава, ты что молчишь?

Слежу за их диалогом. Оба и правы, и неправы одновременно. Надо двигаться вперед. Гонять по одному и тому же маршруту уже ничего не приносит.

— Стоит попробовать, — заключаю я.

— Нава, ты серьезно? — Марат в шоке.

— Почему нет? Ты хочешь застрять там, где мы сейчас находимся? Вспомни, сколько соперников у тебя было в прошлые заезды? Один? Два? Это я себя не беру в расчет.

— Бл*ть… — отпивает большой глоток какого-то вискаря. — Надо съездить и посмотреть, куда хоть вы меня втягиваете.

Смеюсь. Потому что всегда верил и доверял моему мнению. Доверял моему слову. Еще один человек.

— Сколько там машин было в прошлые выходные? — спрашиваю я Кощея.

— Шесть.

— Не мало.

— Кто выиграл?

— Тойота Альтеза.

Мы присвистнули. Я и Марат.

— Ведро твое надо приготовить, — обращается он к Марату, — заменить подвеску бы тебе, полегче что-то найти.

— Посмотрим, — Марат расстроен.

Замечаю Милу. Она стоит и о чем-то щебечет с симпатичной брюнеткой. Кажется, в прошлый раз я видел ее с Маратом, они отходили от меня в обнимку. Сейчас Мила весёлая, расслабленная. Уже не замечает обстановку. Не смущает странное вино, возможно, и грязный бокал.

— Ты Милу не хочешь с собой взять? — Марат обращается ко мне, видит, что я залип на ней.

— Зачем?

— Ну, типа болеть за тебя.

— А что, за меня некому болеть?

— Это другое, друг, — он смотрит на ту девушку, что рядом с Милой, та ему улыбается и машет. На лице у Милы ни тени улыбки. Но своими нитями она притягивает мой взор именно к ней, не могу отвести взгляд, это подобно магниту.

Не выдерживаю. Нити тянут на себя, она потянула за них, даже не касаясь.

— Отдыхаешь?

— Немного.

— Всегда думал, что вам нельзя, — указываю на вино в ее руке.

— Почему это?

— Ну как это, диета! Алкоголь — зло."

"Смеется, запрокидывает голову, что открывает мне ее шею, такую беззащитную. Хищнику никогда не надо показывать такую хрупкую часть, он вгрызается в нее своими зубами и убивает.

Смех звонкий, улыбка обезоруживает. Теперь не смогу вгрызться ей в шею, чтобы вкусить ее. Мне бы уйти сейчас от нее, но не уходится.

— Глеб? — смотрит в глаза.