Прости себе меня

Однако, сути это не меняло. Этот парень знал всю подноготную её школьных дней. Знал, что ей приходилось терпеть от доброжелательного соседа и... наверняка знал, в чём причина всех её бед. Они же были друзьями! Этот Федя просто обязан был знать о том, что стоит за той ненавистью, которой Егор кормил её все эти годы.

Боже... так много времени прошло. Около десяти лет, наверное. Она уже стала забывать о том, что когда-то они с Гордеевым ладили. Когда-то она даже позволила себе испытывать к нему симпатию. Наивную детскую влюблённость.

Она рисовала для него открытки, поздравляя с днём Рождения, и была рядом, когда его собака попала под колёса автомобиля. Кажется, он это ценил.

Впервые она обожглась на похоронах его дяди. Брат его матери трагически и как-то нелепо погиб. Несчастный случай.

Это был дождливый августовский день. Родители не хотели брать её с собой на похороны. Но Дани хотела там быть. Настояла. Она знала, что Егор был дружен со своим дядей и наверняка переживал так, как переживает сын за отца.

Она хотела быть рядом с ним. Хотела поддержать и сказать, что ничего не изменилось. Что она не злится на него за то, что он стал её игнорировать.

Но то, с какой злобой и ненавистью была отвергнута её протянутая рука, впоследствии навсегда отбило у неё желание не только говорить с ним, но и смотреть в его сторону.

Засунь свою руку себе в задницу, Ксенакис.

Он до боли стиснул тогда её пальцы, а затем отбросил от себя. С таким пренебрежением и яростью, что она, спрятав лицо, сбежала с похорон.

Спряталась в отцовской машине и плакала. Горько и надсадно, размазывая слёзы по лицу. Не понимала, почему его отношение к ней так изменилось? За что он так с ней поступает? И ничем это не объясняет.

Сейчас она смотрела на Федю, который кропотливо ковырялся в системе, именуемой электронным замком, и не знала, стоит ли вообще начинать разговор? Может, простого приветствия более, чем достаточно? Можно ли задать Феде вопрос? Хоть один? Ответит ли он?"

"Дани, прикрывшись ноутбуком, наблюдала за тем, как парень вбивает данные в свой планшет и сверяет их с системой блокировки.

Это был уже второй замок. Федя уже разобрался с калиткой и воротами, и теперь, бросив свою сумку рядом с собой, ковырялся с входной дверью в дом.

— Управление будет немного другое, — заговорил, заставая Дани врасплох, — пароль будет, но теперь можно будет открывать двери не только набирая код, но и с помощью сканера. Ещё будет сопряжение с вашими телефонами. На воротах оставлю пульт.