Прости себе меня

Он цыкнул и, опустив окно со своей стороны, полез в карман и достал оттуда телефон.

— Не тупи, Муха, — пробубнил и сбросил входящий, — это машина моего папаши.

Папаши? Что?!

Она свела брови и снова посмотрела на автомобиль. Словно перезагружаясь, прожигала в нём дыру и ковыряла собственные ногти.

— Что он тут забыл?

— Шлюху свою, — выудил сигареты с зажигалкой, — кого же ещё?

Дани обомлела. Повернувшись к парню, изучала невозмутимый профиль.

Кого? И он так просто об этом говорит?

Проглотив ком в горле, она отвела взгляд в сторону.

— К слову, о наших родителях. Я ведь говорил, что это не было чем-то серьёзным. Просто продемонстрировал. — Он повернулся к Даниэле и случайно выпустил дым ей в лицо.

— Это его новая любовница?

— Новая... старая, — пожал плечами, — твоя мать не первая и не последняя. Не знаю, что было в её голове, но мой папаша просто развлекался.

И не сказать, что это были приятные новости. Но и слишком паршивыми их тоже не назовёшь. Это не облегчало ситуацию.

— Тамара знает? — не находила места своим рукам. И, наконец, сомкнув пальцы в замок, сложила их на коленях.

— Угу, — не глядя на девушку.

— И мирится с этим?

— Раньше мирилась...

— А сейчас?

— А сейчас бракоразводный процесс в самом разгаре.

Именно сейчас Даниэла поняла, что приехать к нему сегодня, было самым правильным решением в её жизни.

Если не сегодня, то уже никогда.

Впервые за долгие годы он отвечал на её вопросы.

Девушка заметила, как его взгляд сосредоточился. Проследила за ним и обнаружила вдалеке две фигуры.

Эдик. Его отец. В сопровождении женщины он уже стоял возле своего автомобиля. Пара обнималась.

Несколько минут тишины. Слишком длинных. Горьких. Они с Егором наблюдали за нежностями, от которых к горлу снова подкатывал ком.

— Егор? — Дани прервала молчание, как только внедорожник его отца скрылся в противоположном от них направлении.

— М?

— Кто слил мои фото? — всё ещё надеясь получить ответы на все накопившиеся вопросы.

Она услышала, как он хмыкнул. Затем перевела взгляд на его пальцы. Они выстукивали глухую дробь по кожаной обивке руля.

— Муха, ответь мне на один вопрос, — дождался короткого кивка, и продолжил: — Ты мне веришь?

Её рот открылся, но Егор так и не услышал ответа.

— Доверяешь на столько, чтобы пригласить в свой дом?

— Я не знаю, — мотнула головой, — нет...