Прости себе меня

Стирая воспоминания, которым поддался, и которые старательно прятал в тайнике своей памяти. Делал вид, что этого не было. Всё это просто кошмарный сон.

Не стоило ему в это погружаться. Не стоило вообще открывать рот и говорить что-то."

"Придурок...

Какого лешего он рассказал ей?!

Не видела? Не понимает?

Даже сейчас? Сука... осознавать, что он ошибался все эти годы совсем не хотелось. Это всё равно что признать свою ничтожность.

Он действительно жалок.

Почему она не уходила? Сейчас... почему не бежала, сломя голову?

Продолжала лежать на скомканном постельном белье.

Если это жалость, то он убьёт её, честное слово. Сука. Ты можешь подтереться ей, Муха.

— Ты обещал, что всё удалишь, — вдруг. Несколькими словами полоснула его по лицу, словно острыми лезвиями. Даже не оглядываясь на него и не смотря в глаза.

Егор почувствовал отвращение к самому себе и к той слабости, что проявил перед ней, умоляя.

— Удалю, — протянул руку, дотрагиваясь до её плеча. Улыбнулся, когда от его прикосновения по руке Даниэлы засеменили мурашки, расползаясь в стороны. Но она даже не шевельнулась.

Егор перекатился со спины на бок и, обвив тонкую талию рукой, придвинул девчонку к себе. Плотно. Горячо. Буквально забывая дышать, когда её спина соприкоснулась в его грудью. Холодная. Миниатюрная.

И Егор не понимал, что чувствует сейчас. Не понимал себя и того, что творится в собственной башке. Злость, раздражение, отвращение и непомерная забота. Желание защищать. Отстаивать. Волнение. И страх. Он липкими ледяными щупальцами впивался в глотку. Забирался внутрь, вынуждая давиться и заходиться в панике.

Страх. Потерять. Её.

Как он сможет отпустить?

Это же нереально.

Сука!

— Удали, — снова заговорила.

Егор напряг руку, удерживая её на месте. Сжал челюсти от гнева и снова зажмурился. Опустил голову, лбом упираясь ей в затылок. Его ладонь поднялась выше, ложась на девичью грудь и слегка сминая ту.

— Забудь всё, что сегодня слышала. — Глухо произнёс, носом зарываясь в шоколадные волосы. Втягивая аромат грёбанного банана и облизываясь. — Ты поняла?

Она молчала, поджав губы.