Прости себе меня

Глухой и звонкий одновременно. Он будет ему сниться. После.

— Я не сделаю больно, Дани.

Дани. Кажется, сейчас её имя звучало так естественно, как никогда раньше. Словно сотканное из тысяч шёлковых нитей. Они скользили по его языку. Сладкой патокой лились, оставляя на губах медовый вкус."

"Не мог больше ждать. Казалось, что затяни он это ещё дольше, и момент будет упущен. Её ""да"" он прокрутил в своём уме. Заочно. Убрал руку от лица и мягко, плавно, почти невесомо прочертил кривую дорожку по шее, задевая сонную артерию и обрисовывая ключицу.

Даниэла резко вдохнула. Дёрнулась, подаваясь вперёд. Теперь наверняка. Неровное дыхание заставляло её грудь резко вздыматься, а после так же резко опускаться. Задыхалась. Так же, как Егор.

Девчонка боялась взбрыкнуть. Даже сейчас, когда он поклялся не делать больно. Но стоило ей запротестовать, и каждый раз их близость была болезненной и удушливой. Каждый раз она шипела, кусая свой маленький кулачок.

Дани закрыла глаза, надеясь успокоиться. Не смогла сдержать тихий скулёж, когда его пальцы проворно развязали узелок на её джоггерах. Спешно стягивая их по бёдрам вниз. Она ощутила холод и, поджав ноги, попыталась закрыться от него. Но Егор, перехватив её под колени. Снова потянул на себя, забираясь сверху. Нависая над ней огромной хищной птицей. Подмял под себя, обвивая тонкую талию крепкими руками и приподнимая девушку.

И, плевать на то, что это лишь очередная договорённость. Очередной шантаж и отсутствие выбора. Она не сопротивляется. Она хоть и нехотя, но отвечает на его ласки. Да. Именно ласки.

Смял футболку, задирая ту. Обнажая соблазнительную грудь и прижимаясь губами к голой коже. Гладкой и сладкой. Дико. Жадно. Облизывая соски и кусая нежную плоть. Срываясь на рычание и прерывисто дыша. Обжигая. Покрывая раскалёнными поцелуями бархат её тела.

Срываясь в пропасть этой неизбежной, преследующей его день и ночь похоти. Опускаясь на колени перед ней. Вылизывая. Ниже. Живот. Мягкий и подрагивающий от малейшего прикосновения.