Прости себе меня

Удивлённо взмахивала ресницами и жевала нижнюю губу. Её взгляд резал Даниэлу без ножа. В груди что-то противно заныло.

— Ясь, прошу тебя? Не обижайся? Просто я не хочу поднимать эту тему. Ну вот совсем...

— Я волнуюсь за тебя, Сеня, — поджала подбородок блондинка.

— Я знаю. Знаю, Яш. Я клянусь, что беспокоиться не о чем. Это же Гордеев... лает, но не кусает. Если он перейдёт грань, я не стану молчать.

Лгунья.

Худшая подруга. Ты лживая дрянь, Дани.

Девушки какое-то время молчали. Безмолвно допивали свой кофе до тех пор, пока внизу не увидели мужскую фигуру.

— Цветочки тебе, наверно, — прошептала Ксенакис, кивая на новоявленного ухажёра Яны. Парень вышагивал по мокрой дорожке, неся в руках пышный букет из пёстрых георгинов, астр и, кажется, герберов.

— Мне сто лет цветы не дарили, — губы Яши растянулись в бесхитростной улыбке.

— А Артём?

— Только если поругаемся... — вскинула брови и, отступив от ограждения, спряталась из виду, — с ним вообще всё сложно в последнее время.

Дани незаметно вздрогнула, когда за спиной послышалась мелодия. На миг сердце трепыхнулось, и упало к ногам, которые тут же вросли в пол. Она словно почувствовала, что это не мама. Не Витя. Что-то подсказывало ей, что короткая трель уведомляла её о Егоре.

Девушка прикусила нижнюю губу и, сделав глубокий вздох, отправилась в номер.

Несколько секунд сверлила телефон невидящим взглядом. Затаив дыхание, считала про себя биение сердца в глотке. Оно было слишком громким и ощутимым.

Холод забивался под ногти, заставляя кончики пальцев неметь. Даниэла плотно закрыла глаза, стараясь успокоиться и понять, как ей следует поступить.

Быть паинькой?

Открыла глаза, просверливая отверстие в мобильном.

Что это?

Непонимающе пялилась на экран. Снова зависла и, как только услышала шуршание тапочек на балконе, быстрым нажатием открыла сообщение.

Сообщения... их было пять.

Последнее — с файлом.

Дани пропихнула в горле разросшийся ком, и снова нажала на дисплей.

Сердце пропустило несколько ударов.

Фото. Это она. Они с Яной на балконе. Пятью минутами ранее. Сонные и укутанные в одеяла.