Проклятые

Кэрол закричала, отчаянно вырываясь, но он зажал ей рот ладонью и, брыкающуюся, умирающую от страха, потащил за дом. Даже не замечая ее сопротивлений, он занес ее в какое-то помещение. Это был пустой гараж, который, судя по всему, превратили в мастерскую. Бросив девушку на пол, Мэтт прикрыл за собой двери. А Кэрол, ударившись о деревянный пол, услышала стук выскользнувшего из-за пояса пистолета, о котором забыла. Схватив его, она подскочила и отбежала от повернувшегося к ней Мэтта как можно дальше, вглубь гаража, чтобы он не смог схватить ее своим молниеносным движением, от которого невозможно было увернуться.

— Не подходи! — закричала она не своим голосом, с отчаянием сжимая пляшущий в руках пистолет, который как будто пытался вырваться из ее неуверенных пальцев, отказываясь целиться в того, кому принадлежал.

Он сипло рассмеялся. Никогда в жизни она еще не слышала такого страшного, отвратительного смеха.

Она смотрела на него и не узнавала. Это был не Мэтт. Это кто-то другой, мерзкий, ужасный, который одним своим взглядом заставлял ее ноги подгибаться от ужаса. Какой взгляд… Господи, какой взгляд! Разве у человека может быть такой взгляд? Разве у Мэтта может быть такой взгляд?! Ощущение реальности вновь стало ускользать от нее.

Он двинулся к ней.

— Стой! Я выстрелю! — взвизгнула она.

— Стреляй, — отозвался он с пугающим спокойствием и равнодушием. — Стреляй, Кэт. Только на этот раз прицелься получше, если хочешь уйти отсюда живой. Тебе придется убить меня, чтобы я не убил тебя. Готова? Давай, тебе не составит труда. Так ведь? Ты же мечтаешь от меня избавиться. Я мешаю тебе. Мешаю тебе и твоим любовникам.

— Мэтт, да очнись же ты! Я не Кэт! Я Кэрол! Кэрол!!! И я не хочу убивать тебя, я люблю тебя!

— Любишь? И у тебя еще язык поворачивается говорить мне эти слова? Шлюха.