Проклятые

— Совсем забыла, что ты умеешь читать мои мысли, — отшутилась Кэрол. — Ты бываешь невыносимым… временами. Но это только снаружи, я поняла теперь, а внутри ты хороший, отзывчивый, добрый.

Он снова рассмеялся, весело, неудержимо, до слез. Кэрол не видела, чтобы он так смеялся. Ей показалось, что он смеется над ней, над ее наивностью, как волк забавляется над тем, что его принимают за ягненка. Его смех вызвал у нее в груди неприятное ощущение.

— Честное слово, когда ты рядом, мне хочется быть именно таким!

— Так будь, — тихо сказала она, обижено опустив глаза в тарелку.

— Постараюсь. Помнишь, как в сказке — благодаря красавице чудовище превращается в принца! — он сжал губы, пытаясь подавить смех.

— Был бы ты чудовищем, меня бы здесь сейчас не было. Зачем ты так о себе говоришь?

— Да шучу я, не принимай за правду. Ты, безусловно, права. Я хороший, и не пойму, почему меня никто не любит. Слепые все, что ли, раз не видят этого?

Кэрол поглядывала на него, удивленная внезапно проснувшемуся в нем чувству юмора, немного странному, правда.

Убрав со стола и вымыв посуду, они расположились на диване и включили телевизор."

"— Кстати, Джек, ты хотел о чем-то поговорить со мной, — напомнила Кэрол. Он поморщился.

— Ой, давай отложим дела на завтра. Я так от них устал. Поговорим о чем-нибудь другом. Например, о тебе.

— Обо мне? О, это совсем не интересная тема.

— Извини, что напоминаю, но что ты собираешься делать… в отношении Рэя?

— Не знаю. А что я могу сделать?

— Подать заявление о попытке изнасилования.

— Нет.

— Такие вещи не прощаются, Кэрол.

— Прощаются, и не такие, если кого-то любишь, — чуть слышно возразила Кэрол. Джек устремил на нее пристальный взгляд.

— И кого же ты любишь — его, что ли?

— Куртни.

Он вздохнул, но ничего больше не сказал.

— Джек, пообещай мне, что ты ничего ей не скажешь.

— Я не собираюсь вмешиваться в ваши семейные дела… если ты сама меня об этом не попросишь.

Кэрол улыбнулась.

— Извини, конечно, но у меня создается впечатление, что ты готов выполнять все мои просьбы.

— Так и есть.

— Почему?

Он не ответил, задумчиво разглядывая свой бокал. Кэрол наблюдала за ним, и ей показалось, что он смутился. Что же она такого спросила, чтобы вогнать в краску непробиваемого Джека Рэндэла? Или ей просто показалось?

— Ты мне нравишься, — признался он с улыбкой.

— Ты мне тоже нравишься, — Кэрол улыбнулась в ответ, обрадованная его словами.