Продавец крови (СИ)

Прошлый год сделал меня осторожной."

"Я вспомнила, как убегала из города зимней ночью, даже зубной щетки не прихватив. Бросила квартиру, машину, друзей. Я не могла сказать, что стала лучше жить, но так здорово знать, что тебя не пристрелят, когда вечером возвращаешься домой.

А мне, кажется, придется поменять работу и квартиру — если меня нашел Егор, то и остальные смогут.

Глава 2

До конца рабочего дня осталось минут сорок.

В животе появилась пригоршня льда — мне скоро идти по темной улице домой. Одной. Без оружия.

Я уговаривала себя, что у Егора и так хватает проблем, но ему ничего не стоило сболтнуть кому не надо, где я работаю. Я отказала, а значит и своих обещаний Егор выполнять не обязан. Хорошо, что он не знает мой адрес.

В дверь деликатно постучали. Я нахмурилась, но решила, что раз пришел клиент — придется работать.

— Войдите, — обреченно сказала я.

Дверь скрипнула, открываясь, и я увидела последнего посетителя на сегодня — молодого бугая со свирепым лицом.

— Можно? — басом спросил он, всем видом стараясь выглядеть безобидно.

— Конечно, — я указала на стул.

Когда он вошел, маленький офис показался крошечным, а я на фоне этого парня — просто игрушкой. Стул для посетителей, выдержавший многих, жалобно заскрипел под его задом.

— Здравствуйте, меня зовут Вадим, — представился он, рассматривая меня, как блоху.

Я почувствовала легкое беспокойство, но на всякий случай ответила улыбкой.

— Что вас интересует?

Карие глаза Вадима смотрели по-собачьи глупо, а низкий лоб подчеркивал интеллектуальные способности.

Он чиркнул молнией черной спортивной куртки и стащил шапку с бритой головы. Воротник куртки сполз с шеи и под ним проступил ремень портупеи.

— Поговорить зашел, — пояснил он с ласковой улыбкой, и я снова почувствовала в животе холод.

Вадим шевельнулся, наклоняясь вперед.

Наверное, у него есть повод разгуливать вооруженным, но все равно это напрягло. Парень похож на своеобразный контингент, из тех, чьи фотографии появляются под заголовком «Их разыскивает полиция». Хотя внешность бывает обманчивой.

— Вы Яна Кац? — спросил он.

В тяжелых раздумьях я облизала губы. Отчетливой опасности от него не исходило, но признаваться не хотелось.