Притворная дама его величества

В Преданиях не было об этом ни слова, святые не истребляли детей господних, а люди всегда проявляли изобретательность, когда требовалось отправить на тот свет ближнего своего.

Ненавидела в детстве сочинения по картинам. А сейчас еле сдержала истерический смех и едва не надавала себя пощечин. Раз: кажется, снова буйство гормонов. Два: ну не могли же со школьной скамьи готовить детей в попаданцы? И если уж говорить о детях: в этом коридоре я должна отмолить какого-то младенца? Какого и почему? И зачем для этого мне быть придворной дамой?

Ненавидела сочинения по картинам и сейчас сочинила какой-то бред.

К черту, кощунственно подумала я, хотя уже знала прекрасно, что в этом мире концепции ада нет и чертей никаких тоже. Осмотрев молельню как могла, я опять устроилась у стены и только вытянула ноги, как услышала звук.

Кто-то… открыл где-то дверь?

И даже не подумав, что это могут сдвигаться стены, чтобы оставить от меня лишь не самое доброе имя, я вылетела в коридор.

Глава двадцать седьмая

Она была деревянной.

Та самая дверь, которую я приняла за стену. На нее лился свет, после полутьмы коридора казавшийся мне мучительно ярким, и да, дверь все-таки была деревянной. И я не понимала, как могла спутать дерево с камнем.

Это настораживало сильнее, чем странный коридор с давилкой и молельней.

Мало ли, что там было, за этой дверью. Демоны и потусторонние твари, которые схавают мой аппетитный суповой набор.

Но женщина, которую я увидела, была не похожа на демона, если только не притворялась.

Была она сутулой, что меня удивило — здесь у всех была такая прямая спина, словно их с колыбели лупили палками за попытку расслабиться. Или заставляли ходить с плошкой на башке, куда не воду наливали, а серную кислоту. Чуть наклонишься — и привет… А может быть, все проще: они с детства носили эти жуткие корсеты, в которых и захочешь — не согнешься. Да и все.

Каждая эпоха рождает свое притворство. А было бы очень забавно, если бы именно здесь актуальны были безбровые лица. Вот тогда мироздание бы пошутило на сто процентов, но вероятно, оно не успевало следить за нашими трендами.

Ни хвосты белок, ни щедрые четкие линии я себе на физии не рисовала, но лишаться бровей совсем меня как-то не особо тянуло.

— Хранит вас господь, — сказала женщина и отступила на шаг. Я поспешно выбралась из коридора и стояла теперь, еле держась на ногах, и осматривалась. Из глаз текли слезы — это не эмоции, это свет, утешила я себя. Просто свет. Ничего больше.

Красивый зал.