Прекрасная натурщица

От избытка эмоций его глаза стали почти черными.

После минутного молчания она нервно облизнулась:

– Ты меня слышал?

– Да, дорогая, я слышал тебя, – прохрипел он.

– И? – спросила она одновременно с радостью, надеждой и страхом.

Быстро подойдя к ней, он обхватил ее лицо руками. Она часто видела безжалостное выражение лица Рамона. Но сейчас он выглядел совершенно иначе.

– На этот раз все будет по-другому, – сказал он. – У нас все получится.

Она очень нуждалась в его поддержке. Веря, что на этот раз все в самом деле будет иначе, она глубоко вдохнула и кивнула:

– Да.

Глава 10

Рамон вошел в освещенную солнцем студию через неделю и замер.

Температура воздуха была такой же, как накануне. Через стеклянную крышу виднелось голубое безоблачное небо. На полу валялись обломки древесины. Однако свет казался ослепляющим. И Рамон чувствовал себя намного бодрее обычного.

Он станет отцом.

Он планировал рождение ребенка. Но он до конца не осознавал масштабность этого события, пока не выяснилось, что Зуки забеременела.

Он огляделся, стоя в центре комнаты, потом сорвал с себя футболку, взял инструменты и начал ваять статую из каррарского мрамора. Через три часа была готова основа, в которой уже просматривались черты Зуки.

Первые шесть недель беременности Зуки прошли в головокружительной сутолоке, полной радости, оптимизма и неизбежных приступов страха. Желание строить планы и обустраивать детскую ограничивалось необходимостью быть крайне осторожной. Зуки благодарила судьбу за каждый благополучный день.

"Рамон постоянно был рядом с ней и следил за ее самочувствием. Подобно тому как он выполнял миссию по зачатию ребенка, теперь он стал безжалостным надзирателем. Он под любым предлогом заходил в комнату, когда Зуки подбирала образцы цвета на стенах, а потом под наблюдением Рамона раскрашивала новый камин. Он обнимал ее за плечи и держал ее на безопасном расстоянии от мозаичных окон, которыми занимались реставраторы.

Было очевидно, что он постарается стать отличным отцом. У Зуки была здоровая беременность, ее мать успешно перенесла первый этап лечения. Чувствовать себя на седьмом небе от счастья Зуки мешала только одна деталь.

Она и Рамон больше не делили постель. Хотя она знала, что такой день настанет, и Рамон перестанет спать с ней сразу после подтверждения ее беременности, Зуки все равно тосковала и не могла смириться с происходящим, сколько бы ни пыталась.