Принцесса на одну ночь

Он выехал из дома уже через несколько минут. Мы с Элоизой стояли у окна и смотрели вслед отъезжающей карете до тех пор, пока она не скрылась из вида."

"Глава двадцать пятая, в которой снова говорится о законах

Конечно, мы с Элоизой так и не легли спать. Ждали возвращения отца, прислушиваясь к каждому звуку, доносившемуся с улицы, и бросались к окну, стоило только заслышать стук колес на брусчатой дороге.

Наконец, уставшая после долгого пути Лиз заснула прямо в кресле. Зато в гостиную пришла Ана. Сестра тоже была взволнована — правда, по причинам совсем иного толка.

— Ах, Марго, всё это так некстати!

— Что некстати? — сухо осведомилась я.

— Вся эта история с Антуаном! — пояснила она. — Только сегодня мы обсуждали мой возможный брак, а тут вдруг это… Как его величество отнесется к тому, что в семье невесты его сына оказался преступник, призывающий к свержению Ангулемов? Хотя, если разобраться, ко мне Антуан не имеет никакого отношения. Он — твой кузен. Но будет ли это принято во внимание?

— Не говори ерунды! — рявкнула я.

— Но это ничуть не лучше! — Ана притопнула ногой. — Принц может подумать, что меня с Антуаном что-то связывает. А у меня даже нет возможности всё ему объяснить!

У нее в глазах стояли слёзы. И это не были слёзы жалости к Антуану.

Мне захотелось ударить ее — чтобы привести в чувство, чтобы заставить подумать о ком-то, кроме себя.

— Ты должна встретиться с его высочеством! — твердо сказала я. — Он всё поймет правильно, если ты с ним поговоришь. И если сейчас отец не сможет добиться от главного королевского судьи пересмотра дела, то это сделаешь ты в личной просьбе к его высочеству! Если принц действительно в тебя влюблен, он тебе не откажет.

На щеках сестры появился яркий румянец.

— Ты с ума сошла? — она перешла на крик.

Проснувшаяся Лиз смотрела на Ану с ужасом.

Я не успела возразить сестре — ко крыльцу подъехала карета. Мы бросились встречать отца.

Но вместо отца в парадном стоял незнакомый мужчина. Богатая одежда выдавала в нём вельможу. Но сам он был взволнован, и лоб его блестел от пота.