Принцесса на одну ночь

Она так переживала, что я посчитала своим долгом хоть немного ее успокоить:

— Ну-ну, мадемуазель, я вам верю. Быть может, тот человек тоже заметил вас и предпочел удалиться как можно быстрее. Но поскольку у нас нет ни единого доказательства его визитов, мы не должны ставить под сомнения репутацию Вероник. Я требую, чтобы вы никому более не рассказывали то, что рассказали мне.

— Да, ваша светлость, — девушка отвесила мне книксен. — Но вы же верите, что я хотела как лучше?

Она тоже нуждалась в поддержке, тем более, что я-то знала, что она права.

— Конечно, мадемуазель Бланш, я в этом не сомневаюсь. Благодарю вас за проявленную бдительность. А сейчас отправляйтесь спать.

Девушка моментально исчезла.

На следующий день мы с Аной обедали с королевой. Подобные трапезы в почти семейном кругу уже не вызывали у меня трепет. А вот Анабель по-прежнему изо всех сил старалась понравиться ее величеству. Когда же оказалось, что вместе с нами будет обедать и принц, сестра пришла в такое волнение, что мне пришлось ее успокаивать.

— Марго, посмотри, какие сережки лучше подойдут к моему муслиновому платью? А может быть, мне надеть голубое шелковое? Нет, в нём я прошлый раз случайно встретилась с его высочеством в саду. Он может подумать, что у меня очень скромный гардероб.

Наконец, и платья, и украшения были выбраны и надеты, и мы предстали перед ее величеством.

— Рада вас видеть, мои дорогие! — тон королевы не оставлял никаких сомнений в ее искренности.

Принц тоже был весьма любезен.

— Еду на запад — выставлять дополнительные заградительные отряды на границе. Говорят, во Франции свирепствует чума. Нельзя допустить, чтобы больные ринулись в Асландию.

— О, ваше высочество! — испугалась Ана. — Но это же очень опасно. Зачем вам ехать туда самому? Разве недостаточно отдать соответствующие распоряжения?

Королева снисходительно улыбнулась:

— Моя дорогая Анабель, если мужчины королевского рода не будут проявлять свою храбрость, их власть продержится недолго.

"Ее величество смотрела на Ану, ожидая ответа. Но сестра молчала, не вполне поняв прозвучавшие только что слова — имя Пенелопы ей ни о чём не говорило.