Предатель

Содержать, ублажать и как дура носиться с ребенком и бытом, пока муж развлекается с женщинами. Боюсь, что я для него превратилась скорее в мать, которая никогда не бросит в беде, чем в любимую женщину, и доля моей вины в этом, безусловно есть. Однако твердо уверена, что настоящего мужчину не прогнуть, не сломить и не уложить на диван своей заботой. Иван изначально без стержня, просто я не хотела этого видеть и признавать.

Искренне надеюсь, что он найдет для себя подходящую спутницу жизни и оставит меня в покое, потому что примирения с бывшим никогда не произойдет.

За что я благодарна Ивану, так это за малыша, который живет у меня под сердцем, видимо, для того и был в моей жизни супруг – чтобы мы с ним создали еще одну жизнь. Не знаю, как сложится общение Вани и ребенка, но тут никогда не угадаешь, покажет только время.

После завершения процедуры развода, выхожу с Егором из здания и слышу, как меня зовет Иван.

- Поговори с ним, - произносит мой спутник.

- Я не хочу, ничего нового не услышу, только обвинения, какая я крохоборка и развела его с отцом на деньги, все его сообщения и голосовые десятками висят у меня в мессенджере, - отвечаю Егору.

- Я не настаиваю, но он выглядел таким жалким. Дай ему шанс на последние слова, ты теперь ему ничем не обязана, да и я рядом, - показывает на машину. - Буду следить, если что, подойду, - улыбается добродушно.

- Хорошо. Я быстро.

Иван равняется со мной и произносит:

- Твой мужчина теперь, да? - показывает в удаляющуюся спину Егора. - Или был всегда, и ты мне изменяла?

- Придумай что-нибудь поинтереснее. Давно не актуальны твои пару абзацев одного и того же монолога по кругу, - тяжело вздыхаю.

- Ксюш, - опускает глаза и ботинком нервно шаркает по асфальту. – Прости меня.

Я молчу. Не хочется ничего говорить. Эти слова должны были прозвучать раньше, гораздо раньше.

- Мне очень тяжело признать свой проигрыш, я потерял все: тебя, нашего ребенка, квартиру, работу, теперь как бесхозный никому ненужный щенок. Не представляю, как буду жить дальше. Не знаю, как смогу без тебя. Неужели у меня нет и малюсенького шанса? Я же без тебя долго не проживу. Тебе совсем меня не жаль? Нашего малыша, который теперь будет расти без отца и выслушивать что он безотцовщина? – пытается на меня давить.