Правильный лекарь. Том 9

— Ты ещё учти, что мы с Иваном Терентьевичем здесь особо долго не проработаем. Ещё несколько лет и на заслуженный отдых.

— Да бросьте, Виктор Сергеевич, — махнул я рукой. — Здесь ваш заслуженный отдых, сидя дома со скуки помереть можно. Если исцелять тяжело станет, будете с учениками потихоньку нянчиться.

— А кто с тобой будет сосудами заниматься? — возразил Панкратов.

— Я могу, — поднял руку Жеребин, как школьник на уроке.

— Ну вот, Александр Петрович нашёл себе нового напарника, — констатировал Рябошапкин. — Значит мы с Виктором Сергеевичем можем организовать престарелый дуэт, не правда ли неплохая идея, Виктор Сергеевич?

— А вы, Иван Терентьевич, уже имеете опыт работы с сосудами? — поинтересовался Панкратов, даже ложка с борщом в воздухе застыла.

— А вы что думали? — хмыкнул знахарь. — Что я зря подошвы туфель стираю, приходя сюда на работу? Вовсе нет. Александр Петрович в корне изменил мою жизнь, и я каждый день продолжаю развиваться, не то, что раньше. Тем более, что у меня, как и у Дмитрия Ефремовича, есть ядро, что для знахарей несвойственно.

И за то время, сколько я работаю здесь, мне удалось его неплохо развить, несмотря на не особо юный возраст.

— Так и я на месте ровно не сижу, — хмыкнул Сальников, отодвигая пустую тарелку. — Я тоже развиваюсь, уже и новообразования неплохо получается убирать, переломы сращивать.

— Так, господа, вы мне небо на землю не роняйте, — произнёс я и взял Ивана Терентьевича за руку.

Его магические сосуды уступали моим по пропускной способности, но не в разы.

Их калибр был может раза в полтора меньше всего-то. Ядро меньше, чем у меня, но оно сильно изменилось с тех пор, как я заглядывал в него в последний раз. Отпустив руку Рябошапкина, я дотянулся до Сальникова. Здесь практически такая же картина, даже чуть лучше. Видимо молодость тоже имеет значение. А не такие уж они и ущербные их дефектные от рождения ядра. Насколько я знаю, и тот, и другой прилежно занимались медитацией по книге Виктора Сергеевича. Наверно если бы я по ней не занимался, они бы мне сейчас ничем не уступали.

— Так, господа, тогда пересматриваем схему работы попарно, — задумчиво сказал я, оставив конечности коллег в покое. — Утром ведём привычный приём всех пациентов подряд, а после обеда работаем в паре с сосудистыми больными.

— С понедельника начинается учебный процесс, Саш, я ведь ничего не путаю? — вовремя вставил свой комментарий Виктор Сергеевич.

— Чёрт побери, — вырвалось у меня, и я схватился за голову. — Я ничего не успеваю.