Последний отбор

Она, конечно, на ноги уже поднялась, но все равно в этот момент казалась такой маленькой, такой запуганной.

– Я… шаэл… я просто хотела поторопить леди Эвелин, она опаздывала на завтрак…

– Напомните, почему мы до сих пор держим вас в академии? – спросил Арейш холодно, вот только в его голосе растекалась ледяная, насквозь промораживающая ярость.

– Прошу, пощадите! – воскликнула Луиза, падая на колени."

"Эта надменная, злая женщина, так старательно унижавшая невест, всем своим видом, каждый день доказывавшая, что, несмотря ни на что, она выше нас, упала на колени перед шиагом! Жалкая, испуганная женщина, готовая умолять.

– Пожалуйста, шаэл, дайте мне еще один шанс. Я не буду… больше не буду, – повторяла она, подрагивая от страха, почти распластавшись в ногах у Арейша.

Не удержавшись, я скривилась от отвращения. Жалкое, противное зрелище. И это гордая женщина, которая почему-то считает, что она лучше? Думает, будто вправе ругать нас, кричать? И даже распоряжаться нашими судьбами? Это та женщина, которая привела меня в подвал, отдала приказ избить меня плетью? А сама распласталась перед Арейшем, умоляет… Хотя, может, именно так и нужно вести себя с шиагами? Шаэл – означает «мой господин».

Только не всем подобное нужно.

– Убирайтесь, Луиза. И не смейте прикасаться к Эвелин. Больше никогда.

– Д-да, конечно, – запинаясь, пробормотала она. Не поднимаясь с колен, попятилась к выходу из купальни.

– Никогда, – повторил Арейш, перебивая бессвязный лепет. – Иначе лишитесь руки. А потом и головы.

– Пощадите! – воскликнула Луиза, все же подскочила на ноги и бросилась прочь. Почти сразу раздался звук хлопнувшей двери, той самой, которая вела в коридор.

Арейш повернулся ко мне. Окинул взглядом с головы до ног. В глазах вспыхнул огонек. Уже знакомый мне огонек. Раньше я не понимала, что он означает.

Шиаг усмехнулся, приподнял руку. На ладони сгустилось черное облачко, но почти тут же рассеялось, являя взору колье. То самое, с рубинами, которое я нашла у себя на подушке.