Последний Паладин. Том 11

Одаренные Металла нуждаются в стальной непоколебимой уверенности в своих силах. Если что-то ее пошатнет настолько, что одаренный начнет в себе сомневаться, долго такой одаренный не проживет. И пусть Берти до подобного «кризиса уверенности» еще далеко, слова надо подбирать осторожнее.

Эх, набрал на свою голову учеников.

— Ты же понимаешь, что я нагружал тебя больше остальных? — после короткой паузы произнес я деликатным голосом, сев рядом с Альбертом, — понимаешь, что обратный эффект твоей колоссальной выносливости в том, что и восстанавливается она потом дольше?

— Ты это только что придумал, — хмыкнул Альберт, но при этом зыркнул на меня своими янтарными глазами, в которых читалась легкая надежда, — вот! Даже не отрицаешь! — не дождавшись моих слов, воскликнул он.

— Придумал только что, да, — признал я, — но это все равно правда.

— Даже если так… я не стал сильнее в этом рейде.

— Стал, — не согласился я.

— Меньше, чем другие! — продолжал Альберт упрямиться словно ребенок, — и не отрицай, Маркус! Я же не слепой! Остальные прибавили больше!

С этим утверждением я спорить не стал.

Ведь по проценту усиления Альберт и правда добавил меньше остальных. Даже меньше, чем Дом, чье тело в основном просто привыкало впитывать и перерабатывать дикую энергию порталов.

Факты верные, но вот выводы Альберт сделал неправильные. Ведь он прибавил меньше других не потому, что слаб. А совсем наоборот. Потому что его нынешний уровень слишком высок. И если уж быть совсем честным, Макс явно прибавил в процентном отношении еще меньше, но Берти это хрен докажешь.

Не поверит же, что Макс и до похода был чертовски силен и скрывал свою силу даже во время смертельной опасности. К тому же Макс оклемался намного раньше остальных, так что нет, его пример тут точно не прокатит.

Блин, старик Акс не говорил, что обучать впечатлительных учеников так геморрно! Хотя откуда этому старому садисту было знать. Он уж точно был не из тех, кто знает значение слова «такт» и подбирает слова.

— Ты же сделаешь для меня тоже самое, что сделал для Виктории? — вырвал меня из раздумий голос Альберта.

И посмотрел на меня так серьезно, что я лишь со вздохом покачал головой. Еще один серьезный мальчик с серьезными вопросами.

— Сделаю, когда ты будешь готов.

— Понял, — кивнул тот, и вся его неуверенность улетучилась, а взгляд наполнился силой, — и что мне для этого нужно?

— Цель.

— Цель? — переспросил Альберт.

— Ага, — кивнул я, — ты должен найти свой путь. Свою причину сражаться.