После ссоры

Сначала надеваю белое платье без бретелек, и оно с трудом застегивается на спине – слишком тесное. Тесное и короткое, чересчур короткое. Наконец я все же справляюсь с застежкой и одергиваю платье вниз, а затем открываю дверцу.

– Хардин? – едва слышно шепчу я.

– Черт возьми! – Он заглядывает внутрь и удивленно открывает рот, увидев меня в едва прикрывающем тело платье.

– Оно короткое, – краснею я.

– Да, в нем ты точно никуда не пойдешь, – заявляет он, разглядывая меня с ног до головы.

– Если захочу, то пойду.

Он сердито смотрит на меня, а потом говорит:

– Я знаю… просто я хотел сказать, что не надо. Слишком открытое, не в твоем вкусе.

– Так я и думала, – хмыкаю я и снова смотрю на себя в зеркало в полный рост.

Хардин ухмыляется, и я замечаю, что он рассматривает меня со спины.

– Хотя оно невероятно сексуальное.

– Теперь следующее, – говорю я и возвращаюсь в кабинку.

Несмотря на то что золотое платье усыпано пайетками, ткань очень приятно ложится на кожу, будто шелк.

– Тесс, – нетерпеливо ноет Хардин."

"Я открываю дверь, и, замечая его реакцию, чувствую, как быстро начинает стучать сердце.

– Господи! – Он нервно сглатывает.

– Тебе нравится? – спрашиваю я, прикусив губу.

В этом платье я ощущаю себя довольно уверенно, особенно увидев, как у Хардина покраснели щеки и как он стал переминаться с ноги на ногу.

– Очень.

Как вполне обычная пара, мы ходим по торговому центру и выбираем мне одежду – это кажется мне странным, но тем не менее обнадеживающим. Несколько дней назад я ужасно переживала, когда он узнал о моем свидании с Тревором в Сиэтле.

– Значит, покупаю это, – решаю я.

Выбрав потрясающие черные туфли-лодочки, мы идем к кассе.

– Верно, это ты должна купить что-нибудь мне… ну, чтобы загладить вину за отсутствие подарка на Рождество, – дразнит меня он, когда мы выходим из торгового центра.

Я хочу шлепнуть его по руке, но он хватает меня за запястье. Он нежно целует мою ладонь, а затем берет меня за руку и ведет к машине.