Порочный

Не в силах больше ждать, зашел за перегородку, выхватил мочалку у неё из рук.

– Я помогу… – одержимо оскалился, глядя на большую грудь с призывно торчащими бусинками сосков.

Похоже, обнаженной эта малышка чувствовала себя как рыба в воде. И к лучшему, потому что в ближайшие сутки единственной её одеждой будет моё горячее тело.

Будто прочитав мысли, Мона загадочно улыбнулась, разворачиваясь ко мне спиной. Отжал губку и, выдавив на нее несколько капель ягодного геля, стал бережно массировать нежную кожу красавицы, прижимаясь к её попке могучим стояком.

Сводная сестра прогнулась в пояснице, плавно покачивая бёдрами навстречу горячему члену, словно приглашая на дивный пир. Мы вновь находились на грани, но теперь уже я решил не спешить, заставив провокаторшу играть по моим правилам. Водил невесомым мыльным облачком по её шее и плечам, опускаясь всё ниже. Мона дернулась, когда я провёл губкой по ее обнаженной попке, легонько задевая тугую дырочку.

– Ах… – резко запрокинула голову, потому что я начал намыливать её между ног.

– Как хорошо… – прошептала шалунья тихо.

– Я всегда буду о тебе заботиться… – уверенно сказал, выбрасывая губку на кафельный пол и продолжая растирать душистую пену по её складкам.

– Ловлю на слове… – умиротворенно отозвалась красавица, пока я собственнически скользил руками по влажной коже, словно невзначай проведя членом по внутренней стороне её бедра.

Смыв остатки пены, уселся на пол, утягивая девочку за собой.

– Сядь на меня сверху! – скомандовал хрипло. – Хочу, чтобы ты почувствовала всё гораздо острее…

* * *Сестренка не стала спорить. Она раздвинула ноги, а затем начала медленно опускаться на стоящий колом член. Ох, черт. Приподнял бёдра ей на встречу, вводя головку. Мона застонала, вцепившись пальцами в мои плечи, опускаясь на меня полностью.

– Девочка моя… – шептал, слизывая с губ её стоны.

Кругом была влага, и она такая мокрая и тесная внутри, что хотелось орать от экстаза.

– Вильям, малыш… – Симона улыбнулась, так, что у меня перехватило дыхание.

– Ну какой же я малыш… – сдавленно рассмеялся, сделав резкое движением бёдрами, её попка моментально подскочила, и Мона нетерпеливо закусила губу.

– Да, ты не малыш… Ты большой. Очень… И, Вильям, зачем же мы столько ждали? – взволнованно шептала в приоткрытые губы, тут же принимаясь покрывать короткими одержимыми поцелуями мои щеки и подбородок.