Попаданка в сильфиду

То есть получается я теперь понимаю множество языков. Понимаю, да, но не говорю на них.

– Халмир, – окликнула я его и показала на рот.

– Хочешь, чтобы я помог тебе научиться говорить? – догадался он.

Я радостно закивала.

– Ох, и дурочка, – поморщился он, словно я сморозила, что земля плоская. – Из какой только дыры ты вывалилась, чудо-чудное, диво дивное… не нужно тебе говорить!

Я глянула на него возмущенно. То есть это как «не нужно»?! Это что, он так за свое место при мне переживает? Эгоист проклятый! Я злобно сощурилась и скрестила руки на груди, выпрямляясь в седле.

Но Халмир дотянулся до меня, притянул к себе ближе и зашептал быстро-быстро мне на ухо:

– Тебе не нужно говорить на нашем языке, дура! В немоте твое спасение. И никому, слышишь, никому не показывай, что понимаешь чужую речь!

Я посмотрела на него удивленно, явно показывая, что мне нужны объяснения. Так просто на веру его слова я принимать не собиралась.

– Ты знаешь, как работают рабские ошейники? – спросил Халмир.

Я отрицательно покачала головой.

– Они основаны на магии земли, потому влияют только на физическое тело. Ошейник не может внушить тебе мысли или чувства по желанию хозяина. Владелец может отдать любой приказ, если он не нарушает контракта – а поверь, твой контракт я видел, там нет никаких ограничений, которые бы тебя защитили от хозяйского произвола. Прикажет хозяин тебе крылья вырвать – и ты сама пойдешь вырывать, поняла?!

Я шокировано уставилась на него.

– Раб может сопротивляться приказам хозяина, но тогда его будет преследовать боль, очень сильная боль. Это одна из самых мучительных пыток – приказать рабу то, что он не может сделать физически. Он не сможет есть, не сможет спать, не сможет ничего. Единственный выход – притвориться, что ты делаешь что-то, чтобы достичь цели. Однажды мне приказали достать луну с неба. Я не чувствовал боли, только пока мог прыгать на месте. Это страшное наказание, поверь мне, Ксания.

Я сглотнула. Но, кажется, мой ошейник работал как-то совсем иначе! Я даже растерянно коснулась золотого колье рукой.

– Некоторые безумцы приказывали своим рабыням полюбить их, и те умирали в муках, не в силах сделать этого. Невозможно внушить себе какие-то чувства, можно только делать то, что приказано. Но это если ты понимаешь приказы своего хозяина. Если же нет, то смысл приказывать тебе что-то сложное – ты не поймешь, и только измучаешься.