Попаданка в сильфиду

Почему так несправедливо?! Что в прошлом мире, что в этом. Там меня предал самый любимый человек, которому я доверяла всегда и во всем. Здесь добрые самаритяне тоже оказались уродами с БДСМ-фантазиями. За что же мне так не везет?!

Слуга пришел где-то через час, начал суетиться надо мной, утешать. Помог подняться с покрытого ковром пола, усадил на подушку, бормоча что-то, поглаживая по плечам. Глянув на него, я сообразила, что на его шее тоже красуется ошейник, а раньше-то я как-то и не приглядывалась к этой детали гардероба.

Стойка и стойка, мало ли какая у них тут мужская мода. Теперь все становилось понятнее.

Ужин подали в привычное время: каша с кусочками вареного мяса и свежие овощи не могли не радовать, тем более что в пути приходилось жевать какую-то пересоленную подметку, в которой от мяса было только запах. А вот привычных уже сушеных фруктов и орешков мне не досталось. Кажется, меня наказали еще и лишением сладкого. Как ребенка. Это неимоверно злило.

На следующий день мне разрешено было выйти из шатра.

По крайней мере, именно это мне знаками показывал Халмир. Хотела, было, показать, как я обижена, но любопытство победило – сидеть в шатре было просто скучно, тем более что наружи стало куда более шумно.

Прежде чем выпустить меня, Халмир заставил заплести волосы в косу и убрать их под платок. Я морщилась, но пока терпела, чтобы не нарваться на новое наказание. За ночь я припомнила все, что знала про рабство, и это мне не очень понравилось. Хотя основным воспоминанием был старый сериал про Анжелику, и я ярко помнила, как ее пороли кнутом за неповиновение, а потом у нее вся спина была в шрамах.

Вот уж нет, такого ужаса мне совсем не надо!"

"С другой стороны, возможно, все не так уж и плохо. Ну, да, один раз, находясь в плохом настроении, начальник каравана на меня разозлился, но так и я тоже готова признать, что вышла из себя. Если он извинится, я готова обо всем забыть. Жаль, что нам мешает языковой барьер. Но в любом случае совсем уж ужаса-ужаса непоправимого не случилось, ведь так? Ну, заперли в комнате и без сладкого оставили на день, с кем это в детстве не случалось? Насилия никакого не применяли.

А значит что? А значит я нужна им неповрежденной и красивой, никто меня бить не будет. Мелькнула вредная мысль, что бить-то с такой магией и не нужно, но я ее отогнала как слишком депрессивную. Нет уж, я гулять хочу, и чтобы все было хорошо, а значит и начальника каравана готова простить за своеволие. На первый раз.