Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

– Не мешаете, – Раштар откидывается на спинку стула и складывает руки на груди. – Можете продолжать.

– Хорошо, продолжим, – профессор нехорошо улыбается. – Проверим, что вам удалось запомнить на сегодняшней лекции. Доставайте чистые, будете писать проверочную работу.

Выпрямившийся Фидис, судя по бодрому виду, к проверке знаний готов. Раштар и Бриш делают одинаково мученические лица, а Валарион с мечтательным видом перебирает подвески украшений его тюрбана. Ему-то хорошо, он местный, историю знает."

"А мне надо было не о Санаду и Маре думать, а лекцию слушать.

Как же я понимаю Фидиса: тоже с удовольствием побилась бы головой о стол.

***

После многочасового совещания с другими архивампирами у Санаду происходит не самый приятный разговор с Танарэсом. Вроде бы ничего серьёзного, но Санаду не может избавиться от ощущения, что Танарэс уверен в его общении с Марой. Впрочем, Санаду некогда над этим раздумывать.

Активизация Неспящих – ситуация экстренная, принятие мер по усилению безопасности на сенешаля в таком случае не свалишь, Санаду приходится лично общаться со своими хранителями порядка и накручивать хвосты, чтобы все бдели в оба.

Но выделить время, чтобы отсрочить создание кровати, раз уж всё равно в кантоне, Санаду не забывает.

Он сегодня на редкость деятельный, радует сенешаля вниманием к делам кантона, но это не внезапное пробуждение ответственности, просто Санаду надо принять решение, и в суматохе королевских обязательств ему легче обдумывать ситуацию. И легче не поддаваться лёгкой панике.

Но когда на ночное небо выползает луна, дворец окончательно затихает, а последние документы проверены по третьему кругу, Санаду со вздохом признаёт, что пора определиться.

Он гасит светильники в своём просторном кабинете и выходит на середину узорного мягкого ковра.

Прикрывает глаза, обращаясь к системе защиты.

Протягивает нить телепортационного заклинания и позволяет выдернуть себя из тёмного кабинета, чтобы через несколько диких мгновений перемещения вышвырнуть на потёртые каменные плиты.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Порыв ледяного ветра взлохмачивает волосы Санаду, треплет полы его сюртука, шёлк галстука.

На фоне ночного неба освещённая изнутри оранжерея кажется сказочной – отдельным тёплым и прекрасным миром цветов.

Санаду знает, что там, в оранжерее, ему не очень-то обрадуются.