Попаданка. Двойной обмен

Оказалось, у ментального дара множество граней, но А‘арею была известна едва ли треть из них! Само собой получилось, что им с Ньёрном дали задание. Они допросили одного человека, второго, затем все дальше стали разматывать клубок преступлений, а потом и вовсе попали в столицу Бизарии, где, наконец, им удалось поймать вора и убийцу.

После этого дела последовало другое, потом еще одно. И постепенно Риш сам не заметил, как втянулся. Он принес еще пяток клятв, распутал вдвое больше загадочных преступлений, приобрел артефакт, меняющий внешность, и когда остановился и задумался, внезапно понял, что новая жизнь его вполне устраивает.

Да, Ришу приходилось примерно раз в месяц являться к герцогине, которая перетряхивала его память, но сам он понимал, что ментальные маги опасны, поэтому был искренне благодарен за то, что ему дали максимально возможную свободу, интересную работу и возможность обучаться. А еще ему дали в награду прекрасный дом, со временем появились друзья, которые все знали о ментальной магии и его происхождении, и принимали Риша таким, какой он есть.

Интерлюдия вторая. Обещание Змея

Клара поливала ландыши. Красивые цветы. Белые, будто платье невесты. Радостные. Наверное, совсем не такие, какие должны расти на могиле. Но когда-то Элли мимоходом сказала, что хотела бы, чтобы на её могиле росли ландыши. И Клара посадила, а потом ухаживала за могилкой и за цветами.

Клара присела на скамеечку. Порывистый майский ветерок дунул на неё, обдав запахами травы и влажной земли. Чирикали птицы, невдалеке заливался соловей. Воспоминания накатили внезапно, казалось, все это произошло вчера, а не больше двадцати лет назад.

Тогда она так же сидела на скамейке, возле могилы Элли. Не было ни цветов, ни камня с выбитым именем, лишь начавший зарастать холмик земли.

Слёз не было. Не было мыслей и идей. Девушка не знала, как поступить. Не знала, как сохранить то, что ей досталось от подруги и наставницы. Еще немного и лавка Элли «Волшебный флакон» перейдет к жене брата. К этой пронырливой, гадкой женщине, которая никакого отношения не имела ни к Элли, ни к травам.