Попаданец. Комплект из 4-х книг

И первое, что я вижу – мой драгоценный внук, голый, как в момент рождения, злой и небритый, пардон, не голый, в полотенце, стоящий в боевой стойке.

– Охренеть… – внучок со всей дури обнял меня, – бабуль, это точно ты?"

"Вцепляюсь в мальчишку, как клещ, господи, спасибо тебе! Мальчик мой жив, здоров, небрит и вкусно пахнет мылом, слезы хлынули таким потоком, что самой страшно стало, рыдаю без остановки! И с ужасом чувствую, как знакомо тяжелеют руки! Невероятным усилием воли вгоняю себя в транс – есть!

А теперь быстро отскочить от внука, зеркало напротив двери – слава творцу, пронесло!

– Ба, ты что это вытворяешь?! – парень таращит свои желтые гляделки и тут замечает Тарина.

– О! Явление Христа народу, – он нахально обходит эльфа по кругу (Тар настороженно вращается так, чтобы видеть Васькины ручонки), – значит, ты исчезаешь на три месяца неведомо куда, приводишь в дом этого чела и теперь остается сообщить дурачку Васеньке, что это – его новый дедушка?

Я просто онемела, пацан, это ты мне сцену сыновье-внучатой ревности устроил?! Ах ты засранец!

Тарин заржал:

– Дедушка?! Скорее пра-пра-прадедушка! Яна, теперь я верю, что это твой внук! Кем меня только не называли, но вот чтоб дедушкой! – рыдающий от смеха Тар стаскивает бандану и вытирает ею мокрое от слез лицо.

Лысая башка и вставшие на ней выше темени уши! Занавес!!!

Васька едва не сел мимо пуфика, приземлился бы голой задницей аккурат на рюкзачок с его тезкой. Мой зверик бесится внутри так, что рюкзачок ходит ходуном. Тар ржет, Васька-человек протирает глаза, Васька-горностай шипит, я сижу на полу в прихожей, ибо ноги меня не держат.

– Так, Васька, иди оденься! Тар, тащи корзину на кухню! Да, это кухня! Знаю, что маловата, но я же не графиня какая-нибудь, нет у меня апартаментов для гостей, поживешь с внучком в одной комнате!

Открываю холодильник, все ожидаемо-предсказуемо: в холодильнике мышь повесилась. Распихиваю по полкам еду из корзинки.

Тар бродит по кухне и сует нос во все углы. Это плита? А это что? Крутит водяной кран, срабатывает колонка с оглушительным щелчком, и эльф прижимает уши к черепу. Наконец застывает у зашторенного окна, ну что сказать – снег, девятый этаж, унылая картина начала зимы.

– Тарин, сядь вот сюда – в угол. Там и сиди пока.

Васька стремительно возникает на кухне, все же красивый у меня ребенок, крупный такой брюнет с желтыми глазами на изумительно вылепленном лице.