Попаданец. Комплект из 4-х книг

Уже больше десятка. Собираются под куполом Третьего, готовясь рвануть на меня всем скопом, а затем ударить Сарашу в спину.

Вот только этот дом дает силы всем своим жильцам. Обоим чародеям, а не только учителю. И раз он сейчас сражается с Лордом, то может, и я потяну Третьего со всей бандой. По крайней мере, дам ему время и прорежу их ряды. А он потом добьет оставшихся.

Получив порцию энергии, мой меч словно ожил. Легкая дымка, в обычное время размывающая лезвие, уплотнилась, и через нее просвечивали красным многочисленные руны, усеявшие клинок.

Руна активации, и бурный поток силы прошелся по уже сформированному Огненному хлысту, удлиняя его и заставляя гореть ярче прежнего.

Последний штрих, и поверх защиты, дарованной амулетом, меня окружает еще несколько защитных заклинаний. А волна энергии напитала мои мышцы, сухожилия и даже кости.

К компании тварей присоединились последние отставшие, и они бросились в бой. Самых рьяных тут же встретил Огненный хлыст, прожигая как живую ткань, так и доспехи противников.

Закручивая хлыст, я пытался держать их на расстоянии, не вступая в ближний бой. Но вот Третий присоединился к тварям помельче, и вместе с ним переместилась зона покрытия защитного купола, накрыв почти всех демонов.

Огненная плеть перерубила пополам очередное тело и ударила по мерцающей стене магической защиты, не в силах добраться до содержимого заманчивой «консервы». Еще больше энергии в Хлыст, и тот оплетает купол, истощая запас силы артефакта.

Подзадоривая себя яростными криками, демоны поднырнули под обвившую купол огненную змею и рванули ко мне, уверенные, что раз я занят удержанием заклинания, то стану для них легкой добычей. Ха!

Третий пока бездействует. Если он двинется, то с ним будут перемещаться и мои огненные цепи, окутавшие его прозрачную скорлупу.

С заметным усилием я вливаю в огненное заклинание еще больше энергии и отсоединяю его от руки. Какое-то время оно продержится, оттягивая на себя ресурсы слишком мощного защитного артефакта. А большего мне и не надо. Меч давно обнажен. Дух, запертый в этой смертоносной тюрьме, бьется в истерике, желая крови, боли и радости убийства. Но я его не одергиваю.