Полный трындец, или Феникса вызывали?

А может, он с теми пятью заодно? Кто знает, вдруг они вместе меня опоили или грибочками галлюциногенными накормили? Вот и объяснение всему, что было со мной вчера. И левитации, и чудесному превращению оленя в старика.

Я выскочила из-за стола и метнулась к двери.

Она оказалась закрыта.

Схватившись за ручку, затрясла тяжелую створку изо всех сил.

— Откройте сейчас же! Вы не смеете меня здесь удерживать! Это статья! Уголовная!

Створка вроде бы поддалась. Но тут дед поднялся, небрежно махнул рукой, и меня снесло внезапным порывом ветра.

Ах, так?"

"Лава эмоций, что бурлила внутри, просилась наружу. Я не стала ее сдерживать. Выставила руки ладонями вперед и сделала то, что подсказывал внезапно проснувшийся инстинкт. Толкнула невидимую преграду.

Из центра моих ладоней вырвалось пламя.

Два огненных луча проложили траекторию к деду и ударились о невидимый щит. Разлились по нему жидким пламенем, обозначив контуры, а потом стекли вниз.

Деревянный пол занялся. От меня к старику пролегли две огненные дорожки.

Я испуганно ахнула. Машинально отпрыгнула прочь от огня.

Вместе с огнем из меня будто вырвался гнев и раздражение, но вместо них появился испуг.

Да я же так дом сожгу!

— Простите! — закричала, хватая со стола скатерть.

Тарелки с грохотом поскакали по полу. Недоеденная фасоль разлетелась в разные стороны, а я уже тащила скатерть к огню.

— Сейчас все исправлю!

Я хотела сбить огонь, как нас учили на ОБЖ, но запнулась за конец скатерти, волочащийся между ног, и всем весом рухнула на пол.

— Ну, теперь поняла? — дед посмотрел на меня с укоризной. — Нельзя тебе обратно. Силу свою ты не чувствуешь и владеть ею не умеешь.

— Что это? — пролепетала, не решаясь подняться. — К-как я сделала это?

Мозг отказывался верить глазам и ушам. Ну не бывает так! Не бывает!

— Учиться надо тебе, девонька, — вздохнул старик.

Продолжая качать головой, он подошел ко мне. Забрал скатерть из онемевших пальцев и помог подняться. Я невольно отметила силу в его старых узловатых руках, испещренных темными венами. Вспомнила, как он отбил огонь, и с запоздалым изумлением уставилась на свои ладони.