Полюби меня

Андрей входил так глубоко, что было немного больно, но эта боль лишь добавляла перчинки к удовольствию. Мышцы Кати сжались в преддверии оргазма, но мужчина вдруг остановился.

- Андрей, я хочу кончить, - захныкала она.

- Сначала скажи, - потребовал он, замирая в ней и не давая двигаться, до синяков сжав ее бедра.

Катя беспомощно всхлипнула, но упрямо замотала головой.

- Скажи, Катя, - потребовал мужчина, делая легкий толчок.

Она впилась ногтями в его руки, но промолчала. Андрей выскользнул из нее и повернул лицом к себе.

- Скажи, котенок, - простонал он, обхватывая ее лицо руками, но Катя не могла.

Все внутри нее восставало против.

- Ты обязательно скажешь это сегодня, - пообещал Андрей, и подняв ее на руки, снова ворвался в тесную киску, начиная бешено двигаться.

Катя могла только стонать, обернувшись вокруг него руками и ногами. Минуты не прошло, как ее тело прошил умопомрачительный оргазм. Она закричала, впиваясь в его плечи, а он продолжал долбиться сквозь сокращающиеся мышцы в поисках собственного освобождения, пока, взревев, не кончил, насадив ее на себя до самого основания массивного члена.

* * * Снова поднявшись на этаж, где располагался офис Андрея, они прошмыгнули в его кабинет мимо смущенной их растрепанным видом помощницы, и молча привели себя в порядок в личной ванной Андрея. Снежану уже вывели, а кабинет даже успели прибрать после недавнего погрома.

- У меня для тебя кое-что есть, - сказал Андрей, подходя к сейфу.

Он подал ей папку, которую достал, и она уселась на диван, чтобы ознакомиться с ее содержимым.

Брачный договор.

- Это новый экземпляр, - сказал Андрей, увидев ее вопрошающий взгляд. – Прочти.

Договор действительно был новым, но заключался снова между ними. Условия изменились полностью. Андрей обязывался сократить свое рабочее время до пяти дней в неделю и семи часов в день. Он предоставлял ей право выбирать время и место для их отпуска, а также обязался проводить в домашнем кабинете не более сорока минут в день.

Катя два раза вчиталась в текст, не веря тому, что видит. Один этот поступок говорил за сотни любых подвигов, которые мог совершить мужчина ради любви. Андрей полностью доверился ей.